Шлейф сандала

– Как же хорошо, что ты пришла!

- Как вы себя чувствуете? – я только сейчас заметила, что у нас одинаковые глаза. Карие, с вкраплениями медового янтаря.

- Замечательно! Моя душа ликует, и по сравнению с этим физическое недомогание – сущий пустяк! – Загорский смотрел на меня с нежностью. – Присаживайся рядом, моя дорогая. Я так хочу поговорить с тобой.

Я подтащила ближе к нему стул с мягкой спинкой и присела. Мне и самой хотелось обсудить с графом некоторые вопросы.

- Расскажи мне все, что происходило с тобой. Я хочу знать и плохое, и хорошее, - попросил Павел Васильевич.

– Как ты жила после того, как покинула дом, в котором жила вместе с мачехой?

Что я могла рассказать ему о своей прошлой жизни, если я ничего не знала о ней? Поэтому мне пришлось ограничиться размытыми фразами о детстве и сконцентрироваться на том, что случилось после побега.

Граф слушал меня очень внимательно, не перебивая ни на секунду, хотя я видела, что в некоторых моментах ему хочется задать вопрос. Но он молчал. После того, как мой рассказ подошел к концу, Загорский сказал:

- Все, что произошло с тобой, просто ужасно… Но я должен сказать, что восхищаюсь твоей стойкостью и смекалкой.

Не каждая девушка смогла бы выжить в такой ситуации.

- Мне помогала моя семья. Со мной рядом преданные люди, которые стали мне родными, - с улыбкой сказала я. – Мне не о чем жалеть. Даже наоборот. Я счастлива.

- Но теперь у тебя есть я. Оленька, ты можешь переехать в мой дом и начать новую жизнь! – горячо произнес Павел Васильевич. – Я решу все проблемы. Больше нечего бояться!

- Благодарю вас, но именно об этом я и хотела поговорить с вами, - мне казалось, что я обижу его своим отказом, но поступить иначе просто не могла.

– Жить в роскоши, в богатом доме под опекой отца это, конечно, хорошо… Только мне нужно совсем другое.

- И что же это? Чего ты хочешь? – Загорский всматривался в мои глаза, ища ответа.

- Я хочу добиться чего-то в этой жизни. Добиться самой, понимаете? У меня есть планы, идеи… Это мои мечты, которые я не готова променять на праздное существование в роли графской дочери.

- Могу ли я узнать подробнее о твоих планах? – спросил граф.

В его взгляде читался искренний интерес и никакой обиды.

Немного волнуясь, я рассказала Загорскому о фабрике, о производстве духов и о парикмахерской.

- Я понимаю, вам кажется, что это блажь, и женщина не должна заниматься подобными делами… - я старалась говорить быстро, чтобы высказать все, что думала по этому поводу, но Павел Васильевич вдруг накрыл мои напряженные руки своими теплыми ладонями.

- С чего ты решила, что я так считаю?

Я замолчала, непонимающе глядя на него.