Поход

― Это как? ― удивился жандарм.

― Вот так, ― сказала Лари, подходя сбоку. ― Нашел способ в бхута превращаться.

― Бхута? ― поразился я. ― Это бхут был? Я думал, что бхуты ― это легенда. О них даже в книгах так пишут.

― В книгах много глупостей пишут, ― пожала плечами демонесса. ― А я его сразу распознала. Перевертыш, но серебра не боится. И «покрывало тьмы» ― только бхут его умеет так легко призывать.

― Погодите, погодите… ― прервал ее староста. ― Что за бхуты?

― Чуть позже расскажем, ― ответила Лари. ― Пошли?

С этими словами она повернулась ко мне. Сказано было таким будничным тоном, что я даже не понял, куда она меня зовет, и пошел следом. И лишь у самых ворот остановился и в изумлении спросил шепотом:

― Стой! Это куда мы? Жить надоело?

― Как куда? ― не поняла меня Лари. ― Привести злодея жандармам. Ты что, еще не понял?

― Чего не понял?

― Почему он приказчика не разорвал до конца?

― Ой, блин… ― Я треснул себя ладонью по лбу. ― Ну конечно!

― Именно. Ему сил не хватило, амулет долго не действует, ― прошептала она в ответ. ― Пошли за ним, только тихо! Нам еще награду получать, не надо давать понять, что дело уже прошлогоднего яблока не стоит.

― Ты права, ― пробормотал я, перехватил ружье чуть воинственней и направился в ворота вместе с Лари.

В сарае было почти пусто. В углу стояли бочки, от которых несло соляркой, на них сначала упал луч моего фонаря. В середине просторного помещения стоял на подставках и деревянных чурбачках полуразобранный грузовик со снятыми колесами. А в дальнем углу сидел, прислонившись спиной к стенке, трактирщик Ветлугин. Досталось ему здорово, даже несмотря на ту форму, в которой он пребывал во время нападения. Руками он зажимал рану на животе, из которой сочилась кровь. В трех местах брезентовая куртка была прожжена, за ней виднелась голая, почти обугленная кожа. Черная хламида с капюшоном валялась рядом, изорванная в клочья.

С оборотнями вообще так обычно получается. Если его ранить в одной форме, а потом он принимает другую, то зачастую раны пулевые превращаются не пойми во что, ожоги могут обернуться порезами и так далее. Вот и сейчас выглядело все так, как будто он не получил несколько пуль с фосфором, а то ли его ножом ткнули, а потом факелом потыкали, то ли что другое с ним делали. А все пули, сдавленные и оплавленные, лежали возле него на утрамбованной земле ― тело, превращаясь, вытолкнуло их из себя.

― Ну что, Петрович… ― окликнул я его. ― Доигрался хрен на скрипке?"

"Лари не сказала ничего, но у нее из опущенной руки упругими змеями бесшумно развернулись два стальных хвоста латига. Увидев тифлинговский кнут, трактирщик вздрогнул. Знал, наверное, что это за оружие. Или не знал, но и так все было понятно.