Проблема полковника Багирова
Проблема полковника БагироваЦикл: Спецназ #2— Моя задача вытащить тебя из плена! Зачем тебе сдалась эта баба?! — цежу тихо сквозь зубы, хотя хочется наорать на тупого генеральского сынка.— Я не баба, — звучит на чистом русском из-под паранджи. Сказать, что я удивлен — ничего не сказать. — Выбирайте выражения, полковник Багиров, — прилетает раньше, чем я успеваю открыть рот и выговорить на могучем русском все, что думаю об этом дуэте. Этот дерзкий голос натягивает все нервные волокна до предела.— Я ей ничего не говорил, — поднимает вверх руки Каручаев. — Она тебя узнала.«Узнала?» — готов сдернуть с нее этот черный балахон.— Кто. Ты. Такая? — мой нордический темперамент готов дать трещину.— Сейчас важно не то, кто я такая, а как нам всем выбраться отсюда живыми, — полтора метра недоразумения смеет меня отчитывать. — Когда будете составлять план побега, рассчитывайте забрать с собой не только нас, но еще и Тарика.— Какого… еще Тарика?! — цежу сквозь зубы.— Моего мужа…
Багиров напряжен, и это чувствуется, все понимают, что в любой момент нас могут остановить или начать преследовать. Мы словно движемся над обрывом по тонкой леске, которая в любой момент может оборваться. Неприятное чувство. Юрка без сознания, как бы я ни прислушивалась, не слышала за все это время ни единого стона. Остается только молиться, чтобы он не умер.
Небо начинает светлеть, ранние рассветы в это время года играют против нас. Тарик с Севером переговариваются короткими фразами. Друг подсказывает, как лучше и безопаснее объехать тот или иной населенный пункт, миновать выставленные посты и укрепрайоны. Один раз останавливаемся, Север заливает канистру бензина, что стояла у ног Тарика. Еще один повод переживать — вдруг не хватит бензина? Эта машина наверняка много жрет.
Когда вдали открывается вид на город, Тарик произносит:
— Машину нужно спрятать, на ней мы не сможем проехать. Такой автомобиль обязательно проверят на постах.
— Где лучше ее спрятать? — сухо интересуется Север, не отвлекаясь от дороги. Хотя он просто о чем-то думает, ведь вокруг ни одной живой души, ни машины, ни столба, ни даже дерева, с которым можно было бы столкнуться.
— Впереди повернешь направо, — указывает Тарик дорогу. — Там деревня, сейчас в ней почти никто не живет, но есть несколько знакомых стариков, которые отказались покидать свои дома. Они нам помогут, — уверенно произнес друг. Я молилась, чтобы он не ошибся.
До деревни, которая находилась внизу склона, мы добрались быстро. Солнце, приветствуя новый день, уже взошло над горизонтом. Тарик не солгал, деревня выглядела заброшенной. Люди покинули свои дома.
— Здесь останови, — указал на некрашеный забор и покосившиеся невысокие ворота."
"Мы сидели в машине и наблюдали, как Тарик здоровается со стариком, который, не страшась, показался из дома, как только мы остановились. Они о чем-то недолго переговаривались.
— Можно на несколько дней оставить машину в соседнем гараже, — открывая дверь, произнес друг. — Дом заброшен, там никто не живет. Моджахеды периодически наведываются в деревню, ищут, чем поживиться, лучше будет, если мы не станем подставлять жителей. Здесь через несколько домов есть оставленный старый автомобиль, если его завести, мы могли бы отвезти раненых в город, там у меня живет дядя, он поможет с врачом, — быстро тараторит Тарик, его акцент становится слишком заметен.
Следующий час уходит на то, чтобы спрятать военный внедорожник, найти в заброшенных домах старую мужскую одежду. Юрку помогает переодеть Север. Он стонет от боли, но я так рада этим стонам, что слезы тихо капают из глаз. Только бы успеть.
Север настолько крупный, что найти хоть что-то подходящее не удается.

















