Проблема полковника Багирова

Развернувшись лицом к Владимиру, я попыталась улыбнуться.

— Что это с ним? — сведя вместе брови, он смотрел на Тарика, как на таракана.

— Не обращай внимания, я и сама его не узнаю. Тебе что-нибудь надо? — старалась перевести тему, пока между мужчинами не возник конфликт. Судя по тому, как сжимал Вовка кулаки, ссора была возможна, но мы не в тех условиях, чтобы предъявлять претензии. Мы сменили один плен на другой.

— Приходи чаще и рассказывай, что происходит, — вновь понижая голос.

— Я и сама не знаю, что происходит, Вов. Сегодня его люди привезли меня сюда насильно. Я в таких же условиях, как и ты. Только не раненая, и комната у меня этажом выше.

— А Мирон? — спросил Вова.

— Хватит! — оборвал разговор Тарик, наверное, его взбесило имя Багирова. — У меня много дел, заканчивай или не увидишь сегодня брата.

Вовка хоть и не понял ничего, но по тону догадался, что сириец злится. Сжав руки в кулаки, он начал вставать с кровати.

— Сиди! — подрываясь, положила руки на плечи и надавила что было сил. — Все в порядке.

— Я слышал…

— Но ничего не понял. Он куда-то опаздывает, но обещал мне встречу с братом, — быстро перевела суть разговора. Пообещала еще зайти и поспешила за Тариком. Он стоял в коридоре.

Как только я вышла, он молча устремился вперед. Я вынуждена была следовать за ним. За стеклянными дверьми я увидела брата. По щекам побежали слезы. Он был бедным, худым, обросшим…

Но живым! Живым!"

"— В реанимацию сегодня нельзя заходить, — сухо произнес Тарик. Ему было плевать на мои чувства. Что это за правила? Наказать меня решил? Ничему уже не удивлюсь. — Завтра твоего брата будут будить, тогда и увидитесь…

Глава 47

Север

Луна достаточно ярко светит, чтобы отсюда я мог наблюдать, что мешки шевелятся. Свет нигде не горит, поэтому сложно сказать, кто там, но сомнений нет — люди.

Понимая опасность, я все равно вылетаю во двор, потому что там, возле ворот, может лежать Аврора. Тарик полнейший неадекват, если он ее связал.

А если заминировал?

Отмахнуться от этой мысли не получается, как бы я ни хотел ее прогнать. Стоит представить на ней пояс шахидки или растяжку, меня пробивает током. Я давно перестал испытывать чувство страха, но сейчас он начинает мной овладевать, проходит по позвонкам острыми иглами, сковывает затылок и сердце.

Тарик темная лошадка, у меня не получается его просчитать. Не знаю, что у него на уме, но точно знаю, что доверять ему не стоит. В чем я убежден — так это в том, что за шкурой овцы прячется шакал.

Проходит несколько секунд, как я подлетаю к воротам. Несколько секунд уходит на то, чтобы оценить обстановку. Прислушиваюсь к внутреннему чутью. Опасности нет. Благодаря тренировкам и практике я никогда не ошибаюсь.