Бесцветный Цкуру Тадзаки и годы его странствий

Трудно представить, чтобы он громким голосом чему-то учил людей или на что-нибудь вдохновлял.

– Но люди меняются, – заметила Сара.

– Да, конечно, – согласился Цкуру. – Иногда люди меняются. Как бы часто и откровенно я с ним ни общался, возможно, самое важное друг о друге мы так и не узнали.

Сара долго смотрела на него. И наконец сказала:

– Так или иначе, оба сейчас живут и работают в Нагое. Что один, что другой из родного города никогда надолго не уезжали. Где учились, там и остались. Прямо как в «Затерянном мире» у Конана Дойла… Неужели Нагоя и правда такое уютное место?

На это Цкуру ничего внятного ответить не смог.

 Странно, только и подумал он. Повернись в его жизни все немного не так, он бы и сам до сих пор жил в Нагое. Безвылазно – и безо всяких сомнений.

На этом Сара свой рассказ прервала. Спрятала распечатанные страницы в конверт, положила на стол, отпила воды. И не вполне окрепшим голосом продолжала:

– Если же говорить о четвертой, Белой, то… у Юдзуки Сиранэ, к сожалению, адреса больше нет.

– Адреса… нет? – машинально пробормотал Цкуру.

Ну и выраженьице, подумал он. «Адрес неизвестен» – еще понятно.

Но «адреса нет»? Что это может значить? Может, скрывается или пропала без вести? Но не могла же она стать бродягой…

– Мне очень жаль, – сказала Сара, – но она покинула этот мир.

– Покинула?

Отчего-то Цкуру на миг представил, как Белая в космическом шаттле путешествует по Вселенной.

– Шесть лет назад она скончалась, – пояснила Сара. – Потому и адреса нет. Только могила на кладбище под Нагоей… Прости, мне очень нелегко тебе это сообщать.

Цкуру надолго онемел. Силы медленно оставляли его, как вода, вытекающая через дырку во фляге.

Гул окружающей жизни как будто отдалился, и лишь голос Сары по-прежнему резал слух. Он собрался с последними силами, словно оттолкнулся ногами от дна – и вынырнул на поверхность. Голоса снова хлынули ему в уши. Он даже уловил какой-то смысл в том, что они говорят. И тогда Сара продолжила:

– Как конкретно она умерла, я записывать не стала. Решила, что об этом тебе лучше узнать самому. Даже если придется потратить какое-то время.

Цкуру машинально кивнул.

Шесть лет назад? Шесть лет назад Белой исполнилось тридцать.

Всего лишь тридцать. Он попытался представить ее в этом возрасте, но не смог. В сознании всплывал лишь ее образ в шестнадцать или семнадцать. Горечь заполнила его сердце.

«Я не смог даже вырасти вместе с ней…»

Наклонившись над столом, Сара мягко накрыла его руку своей. Ладонь ее была маленькой и теплой. И хотя Цкуру был рад и благодарен ее дружескому касанию, ему внезапно показалось, что коснулись не его, не здесь и по никак не связанному с ним поводу.

– Прости, что так вышло, – сказала Сара.