Бесцветный Цкуру Тадзаки и годы его странствий
Он был юн, об окружающей жизни знал еще очень мало. Да и новый токийский мир сильно отличался от среды, в которой он вырос. Мегаполис оказался куда огромней, чем он себе представлял. Слишком большой выбор того, чем можно заняться, слишком непривычно общаются друг с другом люди, слишком быстро несется жизнь. Из-за всего этого он никак не мог настроить баланс между собой и окружающими. Но главное ― в те годы ему еще было куда возвращаться. Садишься на Токийском вокзале в «Синкансэн» ― и через каких-то полтора часа прибываешь в «нерушимый оплот гармонии и дружбы». Туда, где время течет неспешно и всегда ждут те, перед кем еще можно распахнуть душу.О том, что это место бесследно исчезло, он узнал на втором курсе, во время летних каникул.
Видимо, нашей команде был нужен и кто-нибудь такой.
Синий покачал головой.
– Нет. Ты совсем не пустое место. Никто никогда так не думал. Ты… как бы сказать… всех успокаивал.
– Всех успокаивал? – удивленно повторил Цкуру. – Это как? Вроде музыки в лифте?
– Да нет же, я о другом. Трудно объяснить, но… С тобой рядом каждый чувствовал себя очень естественно. Говорил ты мало, но всегда по делу и уверенно, и этим нас всех стабилизировал, как якорь у судна. Особенно хорошо мы поняли это, оставшись вчетвером. Поняли, как ты был нам нужен. Может, еще и поэтому, когда ты исчез, все тут же и разбрелись кто куда.
Не представляя, что на это сказать, Цкуру молчал."
"– В каком-то смысле наш союз был действительно идеальным. Как пять пальцев одной ладони. – Синий поднял правую руку и растопырил толстые пальцы. – Я до сих пор так считаю. Каждый восполнял собой то, чего не хватало у других, и щедро делился с ними тем, что лучше всего умел сам. Это был феномен, который в наших жизнях, боюсь, уже не повторится. Конечно, я теперь женат и люблю свою семью. Но скажу тебе честно: такой гармонии отношений, как между нами тогда, я больше ни с кем достичь не могу…
Цкуру молчал.
– А знаешь, Цкуру, я тебе верю, – сказал он вдруг. – Верю, что Белую ты и пальцем не трогал. Если подумать, тут и сомневаться нечего. Ты на такое просто неспособен.
Пока Цкуру думал, что на это ответить, у Синего опять заиграл мобильник. «Да здравствует Лас-Вегас!»… Проверив, кто звонит, Синий сбросил звонок и спрятал трубку в карман.
– Прости, но мне пора возвращаться, – сказал он, вздохнув. – И пахать, себя не помня, эту ниву продажи крутых авто… Может, проводишь меня до салона?
Они поднялись со скамейки и зашагали обратно. Цкуру заговорил первым.
– Слушай, а почему ты выбрал для мобильника эту песенку?
Синий рассмеялся.
– А ты сам-то кино видел?
– Да, смотрел как-то ночью по ящику, давно еще. Выключил на середине.
– Полная дрянь, скажи?
Цкуру нейтрально улыбнулся.
– Три года назад меня премировали, – продолжал Синий. – И пригласили на всеамериканскую конференцию автодилеров в Лас-Вегас.
– О как… – хмыкнул Цкуру.
– А еще она здорово помогает в работе.











