Бесцветный Цкуру Тадзаки и годы его странствий
Он был юн, об окружающей жизни знал еще очень мало. Да и новый токийский мир сильно отличался от среды, в которой он вырос. Мегаполис оказался куда огромней, чем он себе представлял. Слишком большой выбор того, чем можно заняться, слишком непривычно общаются друг с другом люди, слишком быстро несется жизнь. Из-за всего этого он никак не мог настроить баланс между собой и окружающими. Но главное ― в те годы ему еще было куда возвращаться. Садишься на Токийском вокзале в «Синкансэн» ― и через каких-то полтора часа прибываешь в «нерушимый оплот гармонии и дружбы». Туда, где время течет неспешно и всегда ждут те, перед кем еще можно распахнуть душу.О том, что это место бесследно исчезло, он узнал на втором курсе, во время летних каникул.
А больше и вспомнить некого.
– И тебе не одиноко совсем без друзей?
– Не знаю, – ответил Цкуру. – Но даже будь они у меня, вряд ли я стал бы болтать с ними обо всем, что в голову взбредет.
Она рассмеялась.
– Для девочек такая способность – в каком-то смысле залог выживания… Хотя, конечно, готовность болтать о чем угодно – не единственный признак дружбы.
– Разумеется.
– Не хочешь, кстати, суфле попробовать? Очень вкусно.
– Да нет, лучше ты сама.
Она с удовольствием доела суфле, положила вилку, вытерла салфеткой губы, о чем-то задумалась. И посмотрела на Цкуру.
– А мы сейчас можем поехать к тебе?
– Конечно, – ответил он. И жестом попросил у официанта счет. – Так, значит, ты у нас – звезда гандбола?
– Я тебя умоляю, – только и сказала она.
Едва закрыв за собой дверь, они тут же обнялись. Цкуру был очень рад, что она снова дает ему шанс. Он ласкал ее на диване, затем увлек на кровать. Под мятно-зеленым платьем на Саре оказались узкие черные трусики с кружевами.
– Эти тебе тоже купила мама? – пошутил Цкуру.
– Дурачок, – хохотнула она. – Эти, конечно же, я сама.
– И никаких прыщей…
– Еще чего не хватало!
Она обхватила пальцами его отвердевший член.
Но как только Цкуру собрался с силами, твердость эта куда-то пропала. Такое с ним не случалось еще никогда. В голове все смешалось. Звуки вокруг затихли. Один лишь пульс отдавался в ушах.
– Только не вздумай расстраиваться, – сказала Сара, нежно гладя его по спине. – Просто обнимай меня. Мне этого достаточно. И не думай ничего лишнего.
– Ерунда какая-то, – пробормотал Цкуру. – Все эти дни так мечтал оказаться с тобой в постели…
– Видимо, твое ожидание перегрелось. Спасибо, что думаешь обо мне так серьезно.
И хотя они еще долго ласкались, эрекция так и не вернулась к нему. А потом Саре настала пора уходить. Они оделись, Цкуру проводил ее до метро. И по пути извинился.
– Да все и так хорошо, – сказала Сара. – Правда. Не бери в голову.
Нужно было что-то сказать, но слов не нашлось. И он просто сжал ее руку.
– Наверно, ты просто немного заблудился, – сказала Сара. – Съездил в Нагою, поговорил с бывшими друзьями, узнал о себе много нового – вот и запутался. Сильнее, чем думаешь.
И действительно, в голове Цкуру царил полный хаос.
– В тебе словно что-то застряло, – сказала Сара. – И тормозит тебя изнутри… По крайней мере, я так чувствую.
Цкуру задумался.
– Ты хочешь сказать, поездка в Нагою так и не помогла мне разобраться с собой?
– Ну да. Мне так кажется.











