Сердцебиение

— Приехали, Златовласка, — оповещает меня Яр и паркуется на стоянке возле въезда в здание, похожее на санаторий.

— Где мы? — все-таки решаюсь спросить я.

— Здесь моя мама, — как-то очень печально сообщает Ярослав и выходит из машины, прихватив с собой букет розовых тюльпанов.

— Мама? Почему ты сразу не сказал, что мы едем знакомиться с твоей мамой?! Я не готова, на мне рваные джинсы и футболка с отрытыми плечами. Я бы… — меня накрывает волнением и паникой.

— Все нормально. Ты прекрасна. Да и знакомство будет своеобразным, — он берет меня за руку, сплетает наши пальцы и тянет за собой ко входу в здание.

— В смысле, своеобразным?

— Сейчас сама все увидишь, Маленькая. Пошли, не волнуйся, все будет хорошо, — последнюю фразу он говорит так, будто сам не верит в свои слова. А я отчаянно не понимаю, что происходит. Когда мы проходим в внутрь и подходим к стойке администратора, я понимаю, что это не санаторий, а клиника.

Его мать больна?

Милая девушка в коротеньком белом халатике сообщает нам, что его мама сейчас обедает, но мы можем подождать ее в комнате отдыха. Мы садимся на удобный диван в довольно светлой и просторной комнате со множеством декоративных растений, книжными полками и огромным телевизором. Да, клиника явно негосударственная. И, видимо, очень дорогая, судя по обстановке и любезности персонала.

— Посиди здесь немного, я пойду поговорю с врачом, — Ярослав вручает мне букет и удаляется из комнаты. А в моей голове крутится тысяча вопросов. Я ведь ничего про него не знаю. А хочется знать все. Где его родственники? Чем болеет его мама? Почему он такой? Как бы я не растворялась в собственной любви, мысль о его профессии все чаще не давала мне покоя, приводя в ужас.

Я запрещала себе об этом думать. В моей голове никак не укладывались Ярослав и наемный убийца Монах. Я разделяла для себя этих двух людей. И о Монахе я старалась вообще не думать. Вчера мне приснился сон. Страшный, странный сон. Он убивал. Монах в черном капюшоне и черных кожаных перчатках с пустыми зелеными глазами убил на моих глазах много людей. Прямыми меткими выстрелами в голову. Люди падали на землю и заливали тротуар бордовой кровью. А я стояла и смотрела, в ужасе прикрыв рот. Огромная лужа крови растекалась и подползала к моим ногам. Я стояла как вкопанная и не могла пошевелиться от сковывающего меня ужаса. Но самое ужасное — когда кровь коснулась носков моей обуви, Яр приставил револьвер с глушителем к своей голове, металлическим дулом в висок. Я хотела кинуться к нему, закричать, но ничего не могла поделать с собой: все тело сковало от страха. Я только могла смотреть на него во все глаза и беззвучно молить не делать этого. Но он не слышал меня. Он нажал на курок прошептав только одну фразу. «Другого выхода нет».