Сердцебиение

А у меня от боли любимого человека сердце разрывается на куски. Хочется что-то сказать, как-то утешить его, но я понимаю, что не найду таких слов. Поэтому я просто крепко его обнимаю, продолжая поглаживать сильную напряженную спину."

"Не знаю, сколько мы так просидели в полной тишине, не сказав друг другу больше ни слова. Время не имело значения. Оно растворилось, исчезло или замерло. Через какое-то время Яр молча поднялся и ушел на кухню. А я растерянно осмотрела комнату, встала с пола и принялась убираться. Расставляла уцелевшие вещи по местам, стараясь не наступить на острые осколки. Через минут двадцать в комнату зашел Ярослав так же растерянно осмотрел беспорядок, словно впервые видит этот разгром, и молча начал помогать с уборкой. Поле того как мы привели комнату в порядок и выбросили обломки и осколки, Яр вновь ушел на кухню, а я только сейчас поняла, что за окном вечер и мы совершенно ничего не ели весь день.

Осторожно прошла на кухню, боясь нарушить его уединение, и застала Ярослава, стоящего возле распахнутого окна. Он просто смотрел на двор, застыв в одной позе. Я набрала в легкие побольше воздуха и решительно прошла на кухню, принимаясь за готовку. Ярослав устало сел за стол и просто очень внимательно за мной наблюдал ничего не выражающим взглядом.

— Яр, тебе нужно поесть. И выпить сладкого чаю — говорю после того, как он уже минут пятнадцать не замечает перед собой тарелку с едой.

— Ты ешь сама. И пошли вместе в душ. Я просто хочу чувствовать тебя. Завтра тяжелый день.

— Хорошо. Я пойду с тобой в душ, но после того, как ты поешь и выпьешь чаю, — настойчиво заявляю я. — Тебе нужны силы. Ты очень бледный, — Яр вновь горько усмехается, но все же берет вилку и нехотя ковыряет ей в тарелке. Он съедает пару кусочков, выпивает весь чай и встает из-за стола.

— Пошли, Златовласка. Силы у меня найдутся. Всегда находил и завтра найду, — он не ждет моего ответа, хватает за руку и ведет за собой в душ. И я дам ему все, что он хочет. Он сейчас очень во мне нуждается, и это понимание греет плачущую за него душу.

Последующие пару дней мы почти не виделись. Яр отвозил меня университет, настаивая на моей учебе, а после отвозил к Кате и наказывал сидеть с ней в квартире и никуда не выходить, а сам занимался подготовкой к похоронам.

И вот этот день настал. И как насмешка судьбы, погода в день похорон была замечательная, солнечная и теплая. Весна отступала, впуская в удушливый пыльный город теплое пестрящее лето. Мы ехали за катафалком на новое кладбище, а мне хотелось кричать в открытое окно от того, как это все несправедливо. Погода должна плакать и отражать состояние моей души и боль Ярослава.

Я так остро чувствовала его боль. Я ее ощущала всем телом. А мне хотелось забрать ее себе.