Сердцебиение

Это всего лишь Таиланд, а мне кажется я нахожусь в другом мире. Далеком, но очень красивом. Мама была права, нас действительно не обманули. Все оказалось ровно так, как она и говорила. Прекрасный небольшой отель, все включено, белоснежный пляж и бескрайнее, невероятно чистое море. Мама все время всем восхищалась и постоянно повторяла мне, как здесь хорошо. Она права, этот маленький кусочек рая мы заслужили. Когда еще нам выпадет шанс отдохнуть в таком месте? Никогда, особенно пока Ярик маленький. На этом острове нас окружают горы, невероятно зеленые леса и водопады, которые мы еще должны посетить. Остров Самуи — это просто сказка, в которую так сложно поверить.

Сегодня мы просто на пляже, греемся под лучами теплого солнца, наслаждаясь прекрасной погодой и запахом моря. Я не умею загорать, кожа у меня всегда белая, но как только я попадаю на пляж, я просто краснею как рак и сгораю. Поэтому мама, заботясь обо мне и Ярославе интенсивно мажет нас солнцезащитными кремами. Я просто лежу на шезлонге с закрытыми глазами, ловлю солнечный свет через прикрытые ресницы, краем уха слушая, как мама играет с Яриком, строя ему замки из песка, которые он со звонким смехом ломает и возмущенными звуками требует, чтобы ему их строили заново.

— Злата, прекрати вести себя как монашка! — возмущается моя мама. — Даже я разделась на этот пляж. Сними с себя платье.

— Мама оно легкое и почти прозрачное. Мне мал купальник. Грудь почти вываливается, да и бедра тоже после родов… — не договариваю, кривлю лицо, вызывая мамину улыбку. — Почему я не померила этот купальник, прежде чем купить?

— Ой, скажешь тоже, — отмахивается мама. — После родов, — усмехается она. — Нормально все у тебя там, даже отлично. Ни растяжек, ни лишнего веса. Не то что у меня в свое время. Ты просто стала женщиной. Грудь налилась, и совсем не обвисла, а бедра даже стали лучше. И купальник у тебя довольно красивый и очень тебе идет. Ты у меня красавица, не то что некоторые, — мама косится на девушек неподалеку, которые загорают топлес. — Так что снимай свое платье и иди искупайся нормально без Ярослава. Скоро вечер, Ярик устал, — усмехаюсь, поднимаюсь с шезлонга, снимая с себя платье. Собираю волосы повыше, чтобы не намочить. Улыбаюсь, когда мой мальчик тянет ко мне руки, но мама увлекает его игрой с песком, давая мне возможность искупаться.

Море теплое, ласкающее, и спокойное. Мне давно не было так хорошо и умиротворенно. Словно эта чистая вода забирает все мои тревоги, переживания и боль, которая еще таится внутри меня, но я не выпускаю ее наружу, не позволяя ей завладеть мной, поскольку моему сыну не нужна мать в вечной депрессии. Я заперла свою тоску где-то глубоко внутри, но это не значит, что ее нет… Он всегда останется внутри меня.