Связанные честью
Рожденная в одной из главных семей мафии в Чикаго, Ария Скудери изо всех сил пытается найти свой собственный путь в мире, где нет выбора. Арии было всего пятнадцать, когда родители обручили ее с Лукой - Тиски - Витиелло, старшим сыном главы нью-йоркской Коза Ностра, чтобы обеспечить мир между двумя семьями. Теперь восемнадцатилетие, тот день, которого Ария страшилась годами, не за горами: ее свадьба с Лукой. Ария боится выходить замуж за мужчину, которого едва знает, особенно за кого-то, вроде Луки, получившего прозвище «Тиски» за раздавливание горла человека голыми руками. Благодаря хорошей внешности, богатству и хищной харизме, излучающей власть, Лука может быть одним из самых желанных мужчин Нью-Йорка, но светские девушки, вешающиеся ему на шею, не знают того, что знает Ария: образ плохого парня - это не просто игра. Кровь и смерть скрываются под поразительными серыми глазами Луки и высокомерной улыбкой. В ее мире красивый внешний вид часто скрывает монстра внутри; монстра, который может так же легко убить, как и поцеловать. Единственный способ избежать брака с Лукой состоял в том, чтобы убежать и оставить все, что она когда-либо знала, но Ария не может смириться с мыслью, что больше никогда не увидит свою семью. Несмотря на страх, она решает вступить в брак. Ария выросла среди хищников, таких как Лука, и знает, что даже у большинства бессердечных ублюдков есть сердце, и она намерена проложить себе путь к сердцу Луки.
Лука ухмыльнулся, затем подошел ко мне и властно притянул к себе. Наши глаза встретились, и, как будто он вспомнил наши прежние слова, его ухмылка исчезла, а губы сжались. Он не отпустил меня, но его хватка на мне ослабла.
Я отвернулась, не в силах больше вынести выражение его лица, и посмотрела на Маттео.
— Не женись на Джианне, — я попробовала еще раз, и хватка Луки на моей талии усилилась в предупреждении. Я проигнорировала его. — Она не хочет выходить замуж за тебя.
— Ты тоже не хотела выходить за Луку, и вот, пожалуйста, — сказал Маттео со своей ухмылкой акулы.
— Джианна не похожа на меня. Она вряд ли смирится с договорным браком.
Лука убрал руку с моей талии.
— Она станет моей женой, когда ей исполнится восемнадцать. Никакая сила в этой вселенной не помешает мне сделать ее своей.
— Вы мне отвратительны. Вы все, — сказала я. С этим я отступила в лифт. Лука не пошел за мной. Он даже не наблюдал за мной, чтобы посмотреть, возвращаюсь ли я в нашу квартиру. Он знал, что я никуда не денусь. Даже если бы я все еще хотела сбежать, я не могла. Мое сердце принадлежало ему, даже если у него не было сердца, которое бы он, в свою очередь, мог отдать мне.
ГЛАВА 16
Я крутилась и ворочалась, не в силах заснуть. Я не привыкла быть одна в постели. Даже при том, что за прошедшие три дня после нашей битвы мы с Лукой почти не разговаривали и не занимались сексом, мы всегда оказывались в конце ночи в объятиях друг друга. Конечно, в тот момент, когда мы просыпались, отодвигались в разные стороны. Мне не хватало близости с Лукой. Мне не хватало разговоров с ним, не хватало его поцелуев, его прикосновений, его горячего языка между моих ног. Я вздохнула, став влажной. Я не сдамся. Сколько еще Лука сможет обойтись без секса?
Что, если он и не обходится? Что, если он трахнул Грейс снова? Она, предположительно, была в Англии, но кто знал, было ли это правдой? Или, может, он нашел другую женщину для траха. Я посмотрела на часы. Было почти два ночи. Тяжкий груз сдавил мне грудь. Неужели Лука отказался от нашего брака так легко?
Почему нет? Он получил то, что хотел. Он заявил права на мое тело. Я не была единственным человеком, который мог дать ему желаемое.
Снизу раздался шум, сопровождаемый грубыми голосами. Один из них принадлежал Ромеро, другой - Луке. Я выскользнула из кровати и быстро выскочила из спальни в одной ночнушке. Замерла на лестнице. Света не было, но луна и окружающие небоскребы предоставили мне достаточно света, чтобы увидеть то, что происходит. Лука душил Ромеро. Я сделала ещё один шаг вниз, и Лука стрельнул в меня взглядом, разъяренным и диким. Монстр вернулся. Его руки были покрыты кровью. Ромеро прекратил бороться, когда понял, что Лука слишком силен.
— Я никогда не предал бы Семью, — захрипел Ромеро, затем закашлялся. — Я верен.














