Свои, родные, наши!
И снова кипят страсти в Доме с лилиями! Только-только наладились отношения между Родионом и Лилей, как она… безумно влюбилась в актера Германа Арефьева. Сколько же бед принесет всем эта запретная любовь! Обитателям рокового дома еще долго придется разрубать причудливые узлы судьбы, мучиться и радоваться, терять и обретать, пока наконец Дому с лилиями не исполнится сто лет – ведь именно на такой срок наложено старинное проклятье, по которому его обитатели не могут быть счастливы…
Пока Кира нерешительно замерла у барной стойки, пытаясь осмыслить слова Егора, он подошел к девушке с букетом лилий:
– Надеюсь, холодная и неприступная Кира Камышева сможет удостоить меня своим вниманием?
Она отвернулась, но Феликс с силой и непривычной грубостью рванул ее за руку:
– Я видел, как ты танцевала. – В голосе его звенела ревность. – Ты же не танцевала – ты просто обжималась с ним!
– Пусти, мне больно! – рванулась Кира.
– Не надо со мной так шутить, – угрожающе проговорил Феликс, еще крепче стиснув ей руку. – Кто он?
– Любовь всей моей жизни! – с вызовом ответила Кира.
"– Нет! – рявкнул Феликс. И вдруг принялся жадно целовать ее руку: – Прости, прости! Перевернуло… Но вот – компенсация. – Он вынул из кармана золотой браслет и защелкнул на руке Киры: – Смотри!
– Мне ничего не надо! – рванулась она, вдруг осознав, что не может больше здесь оставаться, не в силах его терпеть рядом с собой. К тому же время, оставленное ей Егором, истекало…
Ей стало страшно.
– Мне все надоело. И ты мне надоел. Я хочу домой! – крикнула Кира.
– Нет! Пойдем танцевать! – Феликс грубо потащил ее в круг, завертел, хохоча.
Кира растерянно оглядывалась.
В эту минуту для группы захвата прозвучала команда:
– Вперед!
Спецназовцы ворвались в зал:
– Всем на пол, работает ОМОН!
Поднялся крик, визг…
Феликс повалил Киру на пол. Краем глаза она увидела, что Катерина забилась под стойку.
Отовсюду раздавались жалобные крики, плач, хотя омоновцы никого не трогали.
– Феликс Баркин? – раздался рядом с Кирой знакомый голос.
Егор!
Феликс привстал, затравленно озираясь.
– Поднимите его! – приказал Егор, и Феликса рывком поставили на ноги:
– Встать! Руки за спину!
– За что я задержан? – возмущенно крикнул он.
– Уведите! – прервал Егор таким ледяным голосом, что Кире стало холодно.
– Я вернусь! – петушась, крикнул Феликс, но его стремительно выволокли из зала.
– Группа, на выход! – раздалась команда Егора. И в этот момент Кира почувствовала, что Егор помогает ей встать.
– Я же говорил тебе, уходи! – с упреком произнес Егор.
– Я не могла, – жалобно пролепетала Кира.
– Ладно, – вздохнул Егор. – Я все улажу. Пошли.
Катерина испуганно таращилась им вслед из-под стойки, потом до нее как-то вдруг дошло, что омоновцы ушли, а жизнь вообще-то продолжается.
И она, вскочив, закричала привычное:
– Танцуем! Танцуем! Диджей!
Грянула музыка, своими волнами пытаясь смыть страх и тревогу, однако посетители торопливо уходили…
* * *Об аресте Феликса Баркина, этого кавалера Киры, Константин услышал случайно – в телевизионных новостях.

















