Свои, родные, наши!
И снова кипят страсти в Доме с лилиями! Только-только наладились отношения между Родионом и Лилей, как она… безумно влюбилась в актера Германа Арефьева. Сколько же бед принесет всем эта запретная любовь! Обитателям рокового дома еще долго придется разрубать причудливые узлы судьбы, мучиться и радоваться, терять и обретать, пока наконец Дому с лилиями не исполнится сто лет – ведь именно на такой срок наложено старинное проклятье, по которому его обитатели не могут быть счастливы…
Ретт Батлер внезапно представился ему…
И, почти неожиданно для самого себя, он ляпнул:
– А если богатый муж найдется?
Катерина глянула изумленно, и Константин смутился:
– Ну… а вдруг?"
"Она улыбнулась с такой робкой, трогательной надеждой, что Константин не мог не улыбнуться в ответ… и внезапно дверь распахнулась и раздался мужской голос:
– Живой есть кто?
Константин увидел, что в бар входит тот самый парень, с которым он в прошлый раз дрался, как его – Стас. Шестерка Феликса Баркина.
Стас был не один – следом вошли двое широкоплечих парней самого тупого вида и, само собой, с золотыми цепями на бычьих шеях.
– О, все в сборе! – ухмыльнулся Стас. – Что, скорбим о судьбе Фели Баркина? Думала избавиться от меня, да? – повернулся он к Катерине. Шутовски развел руками: – Свято место пусто не бывает, теперь я вместо него!
Понятно. Теперь этот гнусняк собирается тянуть из Катерины деньги… Рэкет в чистом виде!
– Что ж ты никак не угомонишься? – поднялся Константин. – А ты поздороваться не забыл, Стасик?
Он шагнул вперед, глядя на Стаса с таким сокрушительным презрением, что было ясно: ему наплевать, что за плечами Стаса топчутся громилы с кулачищами, но никакой драки он не боится, и еще неизвестно, кто из нее выйдет победителем!
– А ты мне нравишься, Шрам, – сказал Стас, который, как и всякая тряпка, уважал тех, кто об него вытирал ноги.
– А ты шутник! – хохотнул Константин. – Да пошел ты!
Стас возмущенно отпрянул:
– Да ты знаешь, за кого ты мазу тянешь, а? Это тварь последняя! – ткнул он пальцем в Катерину. – Продаст кого хочешь! Хоть мать родную! Или, например, мачеху!
– Заткнись вообще! – взвизгнула Катерина.
– А что, я разве что-то не то сказал? – изумился Стас. Повернулся к Константину: – Слила Катька. Твою же родную сестру. Да-да, я вашу семейку знаю! Слила… А женщина чуть жизни не лишилась, как ее там… Лилия Михайловна, кажись? – Хохотнул удовлетворенно: – Извини, заложил тебя!
И ушел вместе со своими «качками», напоследок бросив Константину:
– Надумаешь – приходи.
Константин только и мог, что шарахнуть кулаком по деревянной колонне, а потом взять бутылку и глотнуть из горлышка. Он слышал про эту историю с Лилей – и в ужас пришел, когда узнал, как она была покалечена.
А получается, что среди напавших на Лилю был и Стас. Но не это больше всего потрясло Константина, не это.
Катька предала его сестру?!
Он снова глотнул из бутылки…
– О-о-о-о-ой, что же мне так не везет?! – простонала Катерина.

















