Увести за 60 дней

Надо что-то сказать, наверное. Например, похвалить коньяк. Что-нибудь смешное рассказать про своих охламонов. Спросить про работу. В общем, продолжить светскую беседу, начатую в беседке с комарами. Надо только понять, куда бокал деть? Может быть, вот сюда, на столик?

Бокал у меня забрал Данил и вместе со своим поставил на столик. А потом он меня поцеловал. Светская беседа отменяется.

Я не слишком удивилась, если честно. Время удивляться было там, в беседке, когда Даня мне написал. Когда я поняла, что он в соседней беседке. Когда он пригласил меня прийти к нему вечером.

А сейчас – сейчас удивления не было. Наверное, к этому все и шло. Наверное, я этого ждала.

Меня целовал человек, которого я люблю. А я ничего не чувствовала. Кажется, ничего. Нет, я чувствовала, что губы у него неожиданно твердые. Что пахнет от него коньяком и немного табаком. Что руки его, которые обхватывают мою шею, горячие. А в целом организме – никакого трепета. От первого поцелуя с любимым мужчиной.

Который, кстати, оказался коротким. А потом Данил переключил внимание с моих губ на другое. Сначала провел губами по шее, коснулся уха и… И вот тут я почувствовала! Еще как.

А когда его язык влажно прошелся по моей шее – вот тут и появились пресловутые мурашки и слабость в ногах. Данил словно почувствовал во мне это перемену – и горячая ладонь переместилась мне на спину. Сразу под футболку. Вот тут к мурашкам и слабости присоединился жар. Именно там, где положено. Давление руки на пояснице прижало меня ровно тем самым местом, где разливался жар, ровно к тому самому месту на мужском теле, где было уже твердо. И я поняла, что одним поцелуями дело не ограничится.

И будет секс.

У меня в первый раз в жизни будет секс.

С любимым человеком. Так почему же преобладающее чувство, которое я испытываю – ошеломление? И где-то на его дне – паника?

Обдумать эту мысль я не успела. Данина рука с поясницы под футболкой поползла вверх. А его язык чертил какие-то знаки на моей шее. И думать в этом положении невозможно – если хотите, проверьте."

"А потом Данил прижался ко мне ее плотнее, еще, еще… Так, что я вынуждена была сделать неловкий шаг назад. Потом еще один. И еще один. Через несколько неловких шагов спиной вперед мои икры уперлись во что-то.

Это оказалась кровать, и мы на нее опустились. Точнее, упали.

«Надо сказать ему, что я девственница», - мелькнула в голове мысль, когда моя футболка быстро поехала вверх. Мелькнула и пропала – потому что Даня смотрел на меня. Смотрел на меня без футболки. Лифчик на мне под стать трусам – такой же отпугивающий, застиранный и уже утративший былую форму. Хотя надевала я его не то, чтобы слишком часто. Но вот сегодня почему-то нацепила.