Вечный любовник

Правда ли это? И почему она поверила ему, когда он сказал, что не причинит ей зла? Должно быть, она выжила из ума.

Рейдж застонал от облегчения.

— Работает. Слава Богу.

Ну, во всяком случае, сейчас ему было слишком больно, поэтому особой угрозы он не представлял. Потребуется несколько недель, чтобы оправиться после таких ожогов.

Она опустила пальцы в миску и зачерпнула еще «Хайген Даис» для его руки. Собираясь наложить третий слой, она нагнулась ближе, чтобы удостовериться в том, что ей померещилось. Его кожа поглощала мороженое, словно это был лечебный бальзам, и ожоги затягивались.

Прямо у нее на глазах.

— Так гораздо лучше, — сказал он мягко. — Спасибо тебе.

Он убрал руку со лба. Половина его лица и шеи были ярко-красного цвета.

— Ты хочешь, что бы я и здесь это сделала? — Она обозначила обожженные области.

Его необычные ярко-голубые глаза распахнулись. Он взглянул на нее, и она увидела в его взгляде беспокойство.

— Пожалуйста. Если ты не возражаешь.

Он наблюдал за ней, а она снова погрузила пальцы в миску и потянулась к нему. Ее руки лишь слегка подрагивали, пока она втирала мороженое в его щеку.

Господи, его ресницы были такими густыми.

Густыми и темно-русыми. Кожа была мягкой, несмотря на щетину, что успела отрасти за ночь. У него был великолепный нос. Прямой, как стрела. Его губы были просто идеальными. Достаточно большими, чтобы пропорционально размещаться на его лице. Темно-розовые. Нижняя была немного больше.

Она снова зачерпнула мороженого и покрыла им его челюсть. Потом двинулась вниз по шее через узлы мышц, которые располагались от его плеч до черепа.

Почувствовав, как что-то касается ее плеча, она оглянулась и увидела, как его пальцы играют с кончиками ее волос.

Тревога пронзила ее, и она дернулась в сторону.

* * *Рейдж убрал руку, не удивившись, что она отвергла его.

— Прости, — пробормотал он, закрывая глаза.

Теперь он особенно остро ощущал движения ее пальцев, нежно скользящих по его коже. И она была так близко… Достаточно близко, чтобы он не чувствовал ничего, кроме аромата, исходящего от нее. Когда боль от солнечных ожогов отступила, его тело начало жечь по другой причине.

Он открыл глаза, но веки сильно не поднимал. Наблюдая за ней. Желая ее.

Закончив, она отставила миску и посмотрела прямо на него.

— Давай предположим, что я поверила, что ты… что ты другой. Почему ты не укусил меня, когда у тебя был шанс? Я имею виду, что эти клыки, они ведь не просто для красоты?

Ее тело было напряжено, словно она собиралась вскочить в любой момент, но она не поддавалась собственному страху. И она помогла ему, когда это было так необходимо, несмотря на то, что была напугана."

"Боже, ее смелость возбуждала его.

— Я питаюсь от женщин своего вида. Не от людей.

Ее глаза распахнулись.