Зефирка для чемпиона

Сузив глаза, он подаётся ко мне, явно собираясь поцеловать, и я замираю, как удав перед кроликом, но тут раздаётся кашель.

– Кхе! Я ничего не видел, – прикрывая ладонью глаза, как будто от солнца, вдоль стены бочком пробирается Роман Ботаненко. Другой рукой нащупывает ручку двери и жмёт её, исчезнув в соседнем помещении. Мы слышим: – Совсем ничегошеньки!

– Ой, – пугаюсь я и повышаю голос: – Рома, ты не то подумал!

– Да я вообще не думал, – хихикает он.

– А то и видно, – вздыхаю я и поворачиваюсь к Русу. – Что будем делать?

– Закончим, – пожимает плечами и быстро целует меня в лоб. А потом обёртывает бёдра полотенцем и поднимается. – На сегодня. А чтобы Марат не решил, будто ты свободна, приходи к двенадцати в зал. У меня будет двадцать минут на отдых, помассируешь мне плечи.

– Хорошо, – радостно соглашаюсь, провожая его до душа.

– Присоединишься? – хитро улыбается Рус.

– Что такое говоришь? – испуганно шепчу, глядя в сторону двери, за которой скрылся Ботан.

Аскеров обхватывает меня за талию и пытается увлечь за собой, а я хлопаю его по руке и строго качаю головой. Рус по-мальчишески улыбается и, подмигнув, исчезает в душевой комнате. Я же вздыхаю, не веря происходящему.

Мужчину как подменили!

Глава 27. Ушат острот, чужой поход и неожиданный перевод

Глава 27. Ушат острот, чужой поход и неожиданный перевод

Спешу к помещению для персонала и здороваюсь с Романом.

– Привет, Ботан. Я…"

"– Не трать воздух, – отмахивается он и, соединив подушечки большого и указательного пальца, проводит ими у своего рта, будто застёгивая молнию. – Я могила!

Смотрю недоверчиво, и Ботаненко пылко добавляет:

– Да честно! Никому не скажу. Мне и не поверит никто…

– Что? – хмурюсь.

– Подумай сама, – жмёт плечами и напевает: – Чемпион и Годзилла? Не пара, не пара, не пара!

– Я тебя вообще никогда больше в рейд не возьму, – выпаливаю с обидой.

– Зефирка! – взвыв, он хватает меня за руку. – Прости! Ты же знаешь, я не со зла. Пожалуйста, не дуйся. Тьфу! Никогда больше этого слова не произнесу и даже язык помою. Смотри!

Отпускает меня и, подбежав к кранам, принимается полоскать рот.

– Точно шут, – хмыкаю, и обида улетучивается. Такой Ботан человек, уж я-то знаю, что он на самом деле безобидный и очень добрый. Только чересчур болтливый и не очень умный. Миролюбиво добавляю: – Хватит, Ром. Дай мне лучше журнал посещений, подпишу у Руслана.

Он с улыбкой закрывает кран и спешно вытирается полотенцем. Потом открывает один из ящиков стола и протягивает мне папку.

– Держи!

Благодарю и, открыв на пустом листе, быстро заполняю шапку.

– Зефирка, а правда, что Марат к тебе подкатывал? – неожиданно спрашивает Ботаненко.

От удивления у меня всё падает из рук:

– Что?! – Поднимаю журнал и иронично смотрю на Романа.