1000 не одна ночь

Настолько неуправляемо сумасшедшей, что ему показалось он способен вскочить на ноги забыв о своих ранах и идти к ней…идти чтобы смотреть ей в глаза и спросить «почему спасла?».

Аднан хотел с ней большего, чем с другими. Ничто и никто не могли помешать ему взять ее в любой момент, но он не торопился. Это было слишком просто. Слишком не то. До нее его мало волновало, что он видит в женских глазах в момент, когда вдалбливается в покорное тело. Чаще всего это был страх и безоговорочная покорность. Обычно ему было этого достаточно если только ему самому не хотелось сожрать совсем иную эмоцию. Например, боль или подарить агонию наслаждения. В постели он мог быть как жесточайшим эгоистом, так и самым чутким, искусным любовником. И это никогда не зависело от конкретной женщины это зависело только от его собственного желания.

Есть те, кто после секса с ним страдали от жутких кошмаров и наложили на себя руки не выдержав жестокости, а есть те, кто охрипли от воплей экстаза и мечтали об еще одной ночи с царем Долины Смерти.

Аднан не привык сдерживаться, давал себе волю всегда, привык упиваться пиршеством страсти и брать все что может дать женское тело, включая душу, сознание, разум и даже жизнь. Если это интересно в данный момент.

Отнимал все что хотел и выбрасывал за ненадобностью или оставлял на потом. В Каире его ждали постоянные любовницы и молодая жена, которую выбрал для него отец. Для Аднана она ничем не отличалась от его содержанок разве что имела иной статус и должна была родить ему наследников. Он вспоминал о раз в пару месяцев и ехал исполнить свой долг, чтобы покинуть ее до следующей встречи, если спустя определенное время ему не сообщали о ее беременности.

Ни одна женщина не волновала Аднана как его новая игрушка. Ни одна не сводила с ума столь сильно. С Альшитой весь его внутренний мрак начинал рассеваться, словно там внутри становилось светло…но и с ней же он становился черным вязким как болотная вязь.

Касался ее нежной белоснежной кожи и зверел от одного вида ее закатывающихся темно-фиолетовых глаз, зверел от прерывистого дыхания. Он даже чувствовал, как меняется аромат ее тела. Как она начинает пахнуть возбуждением. Как ее ненависть пылает изнутри вместе с самой чистейшей похотью и это он разбудил в ней этот адский коктейль.

И ибн Кадиру слишком нравился это острый аромат вожделения, он был настолько вкусным и ядовитым, как алкоголь, который Аднан попробовал в жизни лишь раз и захмелел. А наутро дал себе клятву, что этот раз был первым и последним в его жизни…Только мозг помнил о том удовольствии, которое испытал …Но Альшиту не сравнить с жалким алкоголем, а что такое наркотики сын бедуинского шейха знал лишь по наслышке. Но он видел жертв этой пагубной страсти.