1000 Первая дочь (СИ)

А в том, что старейшины заберут ее сразу, как только узнают правду, я не сомневался. То, что Майлин называла клеймом, действительно было печатью наследницы Ишатра. Круг, а в нем пятиугольная звезда, украшенная всполохами пламени — ошибки быть не могло. Только тот, кто никогда не бывал в главном храме Иштара, мог бы спутать эту метку с клеймом рабыни.

Я дал нам обоим небольшую отсрочку. Позволил себе еще немного побыть счастливым рядом с самой прекрасной и желанной из женщин.

Глава 27

Майлин

Утром мы отправились назад, в Озис. Признаться, я была рада этому. Мне понравилось жить в доме Алексиса, окруженной заботой, вниманием и любовью.

Сейчас, когда между мной и ним не осталось тайн, я могла стать по-настоящему счастливой. Могла больше не прятаться, скрывая от него часть своего тела и часть души. Могла быть собой, не оглядываясь на чужое мнение. Настала пора оставить прошлое в прошлом и полностью сосредоточиться на настоящем.

Единственное, что меня пугало, так это предстоящая встреча с королем. Северус приказал Алексису явиться на доклад вместе со мной, хотя мы оба надеялись, что этого не случится.

— Ты можешь не ехать, если не хочешь, — заверил меня мой любимый.

 — Скажу брату, что ты заболела в дороге и не решилась ехать во дверец.

Он не поверит, я была в этом уверена. Или, чего доброго, решит явиться к нам — ведь король Озиса везде у себя дома. Любой дом страны просто обязан принять монарха, если он решит почтить его своим визитом.

— Брат, может быть, и понял бы, — заметила я, вымученно улыбаясь. — Но король не поймет. Не захочет. Мне кажется, Северус привык, чтобы его команды выполнялись беспрекословно. И не простит отказа ни мне, ни тебе.

Алексис кивнул, вынужденно признавая мою правоту.

А я испытала нестерпимую боль, видя, как страдает он от невозможности исправить ситуацию. Алексис, великий и отважный воин, был бессилен перед волей брата. И тот с радостью пользовался этим."

"— Я не хочу, чтобы ты ехала, — признался он, положив ладони мне на плечи.

Его горячее дыхание коснулось моего затылка, и в комнате вдруг стало невыносимо жарко. Теплая волна прокатилась вдоль моего позвоночника.

— Мне тоже не хочется ехать, — призналась я, прижимаясь к Алексису спиной и блаженно прикрывая глаза. — Но ты знаешь, что мы обязаны это сделать.

Его чувственные губы проторили дорожку вдоль моего плеча, коснулись шеи и замерли возле самого уха.

— Ты так жаждешь получить свободу, что готова вытерпеть еще один визит во дворец? — спросил Алексис.

На меня словно обрушился ледяной град. Вздрогнув всем телом, я развернулась в объятиях и встретилась глазами с Алексисом:

— Как ты можешь такое говорить? Ты мне дороже всего на свете, даже свободы. И я с радостью останусь твоей рабыней до скончания веков. Но твой брат… король.