Агент на мягких лапах

Она вздрогнула:

– Эй, ты что? У тебя все в порядке? Почему ты совершенно внезапно так разозлился? Я просто хочу, чтобы ты помог мне!

– Нет, Кира, не все в порядке, – раздраженно ответил я. – Как только ты очутилась в новом теле, ты стала ужасно бесцеремонной. Ты валяешься на моем любимом диване и почти не выходишь из квартиры, а мне приходится ходить вместо тебя и в школу, и в другие места. Подставлять свою голову. Точнее, твою голову… Ну, ты меня поняла… И вообще – вся тяжелая работа достается мне. Поэтому свои упреки, что я должен все знать, оставь при себе. Из тебя тоже пока получается плохая кошка.

 – Вот так. Пусть знает. Надеюсь, она меня поняла.

Кира удивленно посмотрела на меня:

– Ой, Уинстон, извини! Я не хотела тебя обидеть. Просто я слишком волнуюсь, потому что хочу помочь маме. Вероятно, я что-то сделала неправильно. Прости! Это не нарочно!"

"Настолько я мог это воспринять – ведь я слышал голос Киры, не ушами, а в своем сознании, он звучал очень печально. Возможно, я действительно был слегка раздражен: не привык к мысли, что я не самый умный в своем доме. О’кей, Вернер, разумеется, еще умнее, но ведь он профессор.

Хотя я, пожалуй, в самом деле слишком возомнил о себе. В любом случае мне показалось, что я запутался в этой истории.

– Извинения приняты! – успокоил я Киру. – Но скажи, не лучше ли нам обратиться за помощью к взрослым? А вдруг это расследование окажется нам не по силам? Вернер наверняка сможет нам как-нибудь помочь.

Он ведь очень умный. Я не знаю никого, кто был бы умнее его.

Кира тут же зашипела от возмущения, и шерсть у нее встала дыбом:

– Нет, Уинстон! Именно сейчас есть редкая возможность узнать секрет моей мамы.

Мы можем сделать это вместе. Но если я снова стану девочкой, а ты котом, тогда ничего не получится.

– Ну ладно, давай попробуем, – вздохнул я. – Но в случае неудачи я расскажу обо всем Вернеру.

– В случае неудачи? Клянусь тебе: у нас все получится! – горячо воскликнула Кира. – Теперь давай запишем, что ты должен сказать моей маме. И все время помни об одном: не смотри ей в глаза, иначе она заметит, что с тобой что-то не так.

– Ах, доченька, что же здесь непонятного? Ведь все так просто! – Анна с удивлением смотрела на меня.

– Но я ничего не понимаю.

Ничего! – И я говорил правду. Мы с Анной сидели за кухонным столом, перед нами лежал листок бумаги с уравнением 18: х = 6. Что это означало? Совершенная загадка.

Анна наморщила лоб:

– Не понимаешь? Уравнения с одним неизвестным решаются очень легко и просто. Ты только представь себе весы, которые должны всегда находиться в равновесии, что бы ты ни делала.

– Ага. – Я наблюдал, как за спиной у Анны Кира подбиралась к большой сумке матери. Вот она ловко сняла ее с крючка и сейчас потащит в свою комнату.