Будьте моей семьей

Как Надежда ни билась, как ни старалась, как ни объясняла ему, что, мол, должен-обязан трепетать от восхищения до потери пульса – не трепетал.

И родилась у них дочь, которую мама назвала Алисой.

Девочка была здоровенькой, очень шустрой, активной, но… не красавицей. Все черты ее внешности были правильными, каждая по отдельности красива и даже, можно сказать, изысканна, но вместе и в совокупности они словно растворялись на ее лице, делая его никаким, словно плоским, незапоминающимся и пустым.

Пока девочка была маленькой, эта особенность внешности дочери не сильно тревожила Надежду, но когда ребенку исполнилось три-четыре годика, а потом и пять, мать все больше и больше раздражалась и даже откровенно обижалась и негодовала на ребенка – у ее подруг и знакомых и то дети интересней, а у нее – у Первой Великой Красавицы города – какая-то манная каша, не пойми что, с ней же даже на люди выходить стыдно.

И она не выходила. Дочь для нее стала вечно раздражающим фактором в жизни, каким-то недоразумением, бракованной вещью, и она относилась к ней именно так. И, как часто бывает, именно такие отвергнутые дети изо всех своих душевных сил любят и тянутся именно к отвергающим их родным и только от них ждут любви. И Алиса старалась стать для мамы самой прекрасной и самой хорошей, и что только Аркадий не делал, как не заботился о дочери, как не пытался нивелировать такое отношение Надежды к ребенку и как не проявлял свою любовь, той была нужна только мама и только ее любовь и участие.

А вот с этим, с материнской любовью и участием то бишь, стало совсем хреново, то есть вообще никак, когда Надежда закрутила головокружительный роман с одним ну очень богатым человеком, просто неприлично богатым. И довольно быстро развелась с Аркадием и вышла за того замуж, оставив дочь жить с отцом и ее мамой, тещей Аркадия.

Алиса рвалась к матери, рыдала и уговаривала ту взять ее к себе хоть ненадолго, звонила ей и писала настоящие, бумажные письма и по электронной почте, как скучает по маме, как хочет ее видеть, быть рядом, но Наденька была занята новыми реалиями своей новой жизни, своим величием, новой семьей, полировкой блеска своей красоты и родила сына новому мужу. Одним словом, все новое.

И дочь в ее жизненные приоритеты не входила никоим образом.

Но! В двенадцать лет Алиса стала стремительно меняться – начала вытягиваться и расти, лицо приобрело более четкие черты. Это было похоже на то, как в ванночке с проявителем для фотографий постепенно и достаточно быстро проявляется на белой бумаге четкий и яркий снимок.

И к четырнадцати годам девочка расцвела настолько, что, казалось, это совершенно другой человек, какая-то другая девочка, а не та прежняя Алиса.