Бывший-босс (СИ)

— Стрелка спидометра наконец опадает вниз, заставляя меня облегченно вздохнуть. — Но ты, в отличие от деда, однолюб. Если в брак вступишь, то раз и навсегда и только по большой любви. А вот деду пришлось найти свою единственную методом трехкратного тыка.

Решив не переспрашивать, что Маша подразумевает под методом трехкратного тыка, я обреченно смотрю в окно. Может зря я попросил ее сбавить скорость: раньше сядешь, как говорится, раньше выйдешь. Лучше бы она пела, чем продолжала ставить мне диагнозы.

— Как думаешь, у меня получится стать хорошим риэлтором? — спрашивает она спустя минуту молчания.

Я машинально поворачиваюсь.

— Для чего тебе мое мнение?

— Если спрашиваю, значит, оно имеет значение."

"— Думаю, это не то, чем тебе стоит заниматься, — честно отвечаю я. — Когда объекты от деда и случайные знакомства закончатся, придется по-настоящему вкалывать. А ты к такому не привыкла.

— А к чему я, по-твоему, привыкла?

— Заниматься благотворительностью и прочей ерундой, не требующих больших усилий, — не подумав, отвечаю я и испытываю несвойственный мне укол совести, потому что вижу в ее глазах смятение.

— Слушай, я не то хотел сказать…

— Нет, ты хотел сказать именно это, — без всякого упрека возражает Маша. — Но ты ошибаешься.

Она говорит это так спокойно и твердо, что вызывает во мне невольное восхищение. Пожалуй, еще никогда она не была настолько близка к образу доступного моему пониманию человека. И ведь не оскорбилась, не обиделась, не огрызнулась, а просто не согласилась. Такой Маши я еще, пожалуй, не видел.

Но потом она, улыбнувшись, добавляет: «В моей карте помимо воды, достаточно земли, и это позволяет мне добиваться успехов в строительстве и торговле недвижимостью», и я понимаю, что с доступностью я поторопился.

Хотя сейчас это по большому счету уже не имеет значения, потому что Порше снова разогнался до ста пятидесяти. Хочется верить, что с моей природной удачей Маша не накосячила, как с прогнозом ранней смерти, и до ресторана «Аргентум» я все же доберусь живым.

Глава 12

— Девять пятьдесят восемь, — торжественно объявляет Маша, глуша двигатель. — Я же говорил, что успеем. Я хорошо выгляжу?

Ничего не ответив, я толкаю дверь и с облегчением вываливаюсь на твердую землю.

Лучше в очередной раз выглядеть грубияном, чем вывернуть содержимое желудка ей на колени. В последний раз мне было так плохо, когда я напился в четырнадцать паленого самогона и заблевал грядки Риммы Марковны. Там с тех пор ничего не растет.

— Ты бледный, Тимур, — Маша озабоченно оглядывает мое влажное от пота лицо. — Вот, держи.

Достав из сумки серебряный блистер с таблетками, она протягивает его мне.