Девушка с голодными глазами

Правда, иногда я смотрела на своих соседок по палате – вечно худеющих, изрыгающих изысканные ужины в унитаз, тайком принимающих слабительные пилюли, – и думала: а что я делаю здесь?

Между тем я находилась в клинике уже третью неделю…

И за это время убедилась, что попасть сюда может любая девушка, которая хотя бы однажды, мечтательно закусив губу, рассматривала пляжную фотографию Анжелины Джоли, а потом нахмуренно изучала в зеркале собственное тело, далекое от совершенства…

Глава 1

Я – обычная москвичка двадцати девяти лет от роду. Как говорится – не красавица, но чертовски мила. Безработная. С недавних пор одинокая. Хроническая пофигистка.

Той осенью я развелась с Гениальным Громовичем. Это я так, к слову. К моему предстоящему похуданию внезапное одиночество отношения не имеет. Мы супружествовали всего четыре года, и с самого начала наши отношения были обречены. Убийственный союз педанта и разгильдяйки. Вечером я замачивала в раковине колготки и трусы, а утром он брезговал выдернуть из мыльной лужицы затычку и брился в кухне. Приходя домой, я снимала джинсы вместе с нижним бельем, прицельно швыряла их через плечо, и они в лучшем случае повисали на дверце шкафа, где и оставались до тех пор, пока не требовались вновь.

Выглаженные носки (warning! Он гладит носки, это диагноз!) Гениального Громовича ровными стопками покоились в двух верхних ящиках его платяного шкафа. Его рубашки были развешены по цвету, дубленки сдавались на лето в хранилище-холодильник, а стельки его идеально нагуталиненных бот раз в две недели на всякий случай дезинфицировались. Он не забывал принимать витамины, не пил больше одной кружки пива за вечер, а по субботам посещал бассейн «Олимпийский».

А еще он бесился, когда я заляпывала сбежавшим кофе плиту. А еще он занудничал, когда я сушила на батарее бюстгальтеры. А еще его передергивало, когда я забывала на краешке ванной эпилятор с застрявшими в лезвиях волосками. А еще… Да что уж там. Развелись – и ладно."

"Эдика Громовича я встретила в гостях у Шапочной Знакомой, с которой мы работали над одним проектом для глянцевого журнала. Однажды мы засиделись над версткой до полуночи, и Шапочная Знакомая неожиданно пригласила зарулить к ней на кружечку успокаивающего мятного чая. Я всегда любила гостевать по ночам – все эти милые кухонные разговорчики за полночь, рассветные сплетни за бокалом сладкого вина, – поэтому с радостью согласилась. Мы пили чай с ромом, листали свежий Hello и увлеченно трепались на темы, любимые почти незнакомыми между собою городскими умницами-красавицами: о степени прокачанности бред-питтовских бицепсов, о том, какая же милашка эта Энистон и какая же подлая сука эта Джоли, о том, правда ли, что у Бейонсе в заду силиконовые подушечки.