Его нежеланная графиня

Чего же тогда ждать? Что лет через пятьдесят явится престарелый принц на дряхлом коне и предложит сердце, руку и свой склероз?

Алесия окинула взглядом темнеющий вдалеке лес. Собственно, не факт, что даже такой завалящий принц когда-нибудь будет. Зато есть муж. И вообще, еще год назад она отнеслась к девственности этого тела, как козырю в рукаве. Так может, пришло время «выложить карты»? Ну и заодно надавать ими кое-кому «по мордам»?

Как ни странно, это решение не вызвало никакого внутреннего сопротивления. Напротив. Если между ней и графом что-то произойдет, пусть это будет на ее условиях.

Как первый шаг.

Второй шаг — устроить ему моральную пытку, чтобы он почувствовал себя последним козлом. Это сложнее, но идея, буквально на грани сознания, уже есть.

И третье, не отталкивать Арельса, а наоборот, крепко привязать к себе. Лучше уж влюбленный и заботливый мужик, чем ненавидящий и злой. Раз уж брак — это королевская награда, надо получить от него все, что только можно получить.

Что же касается собственных чувств… Девушка постучала пальцем по подоконнику. Честно говоря, после Данечки с его предательством и бабника Сомертона любви уже не больно-то хочется.

Зато ее полностью удовлетворит тот моральный террор, который она устроит графу между первым и третьим шагом.

Правда есть одна маленькая загвоздка. Чтобы все удалось, инициатива должна полностью исходить от мужа. А он недвусмысленно дал понять, что не намерен делить постель с женой. Впрочем… Алес мрачно усмехнулась. После всего, что было сегодня сказано, его желания здесь больше никого не интересуют.

* * *Спускаясь на следующий день к завтраку, Алесия ощущала не просто бодрость, но и неожиданный прилив сил.

Она знала чего хочет добиться. Знала как. И даже успела продумать варианты отступления, если что-то вдруг пойдет не по плану.

Жалела ли она о своем решении? Нисколько. И законы, и старый Ормс четко давали понять, что на развод надеяться не стоит. Так может пора перестать бороться с обстоятельствами, а взять и задушить их в крепких объятиях?

Самонадеянно? Ну а на кого еще надеяться? Только на себя.

Преодолев последний лестничный пролет, Алес оглядела столовую. Ага, мужа еще нет. Зато есть Лианна. Девочка сидела на своем месте и смотрела глазами побитого щенка.

Наткнувшись на ее взгляд, Алесия прикусила губу. Вообще, она не собиралась прощать падчерицу так быстро. Но сейчас эта решимость немного пошатнулась.

Все же, виконтесса действовала из благих побуждений. А во-вторых, разве то, что сама она собирается провернуть — чем-то лучше? Девушка тяжело вздохнула, и Лианна сжалась еще больше.

— Алесия… — голос падчерицы звучал непривычно глухо. — Мне очень жаль… Я только хотела, чтобы вы с отцом поговорили.

— Это я поняла."

"— Он ведь правда очень хороший.