Его Величество бомж (СИ)

Привезли молодого любителя быстрой езды, конечно же, сильно под парами, лыка не вяжет. Голова и лицо в крови, подозрение на черепно-мозговую травму,

— Забирай подарочек! — шутит Миха — знакомый фельдшер, — решил с деревом пободаться, придурок! Лучше бы сразу башкой в ствол! Такую тачку в хлам!

Пока дожидаемся дежурного травматолога, жертва аварии умудряется очнуться, соскочить с носилок и рвануть на выход,

— Василий, на ворота! — это я охраннику, где его черти носят?!

Миха с напарником отлавливают недобитка уже у дверей. Они закрыты, далеко бы не сбежал, да выпачкает сейчас в крови все стены, а Никитичне потом отмывай!

— Под кайфом идиот, даже не чувствует ни хрена, — пыхтят фельдшера, возвращая бегуна на место."

"Наконец приходит доктор, после осмотра, во время которого жертва собственной дури несколько утихает, отправляет его на КТ.

Провожаю скорую, заполняю документы, какая же неподходящая фамилия у человека: Степенный! Потом по телефону, найденному у лихача, звоню, по видимому матери, потому что Mutter — вроде, как оно самое по-немецки.

На том конце долго не берут трубку, а взяв, так же долго тормозят, не понимая, кто звонит с телефона любимого чада. Потом считают, что это вымогатели — шантажисты хотят денег с них содрать, и ядовито сообщают, что изо всех утюгов предупреждают, чтобы не велись! И они, стало быть, не поведутся.

— Не надо мне денег от вас! — уже теряю терпение, — приезжайте в больницу, тут ваше чучело с разбитой башкой, а машина где-то на дороге брошена! — а дальше наступает ступор, потом рыдания и долгие выяснения, по какому адресу ехать!

Устала за один звонок! Сижу никакая! Никитична уже вылетает на метле, вернее, выезжает на швабре,

— Ты про своего купальщика не забыла, Танюха? Или утопила, как щенка, поэтому и не спешишь?

— Бляха-муха! Совсем из головы вылетел! — срываюсь с места.

— Там в кандейке смена белья ему, — смеётся санитарка.

Подхватываю по пути одежду и в душевую!

Захожу. Сидит мой патриций в полной задумчивости, закинув через плечо край простыни, будто это тога, только не хватает Римского Колизея на фоне, да и причесон не в тему. Они там стриглись коротко, а тут почти просохшей упругой волной, спускается по плечам шикарная грива, не у каждой девицы такое богатство имеется, вот у меня, например, и половины нет.

Вижу, побрился. Не без ранений, конечно, но ничего, ровненько. Совладал с разовым станком, уже успех!

— Извини, — оправдываюсь, — там раненого с аварии привезли, быстро не получилось, вот одежда, — передаю чистые обноски, и понимаю, что такую красоту надо оформлять в другую оправу, — завтра куплю тебе что-нибудь новое, а пока походи в этом, хотя бы чистое всё.