Эротические рассказы Stulchik.net - Категория \

Мы тогда с друзьями и девчонками у нас собрались, а с родителями договорились, что они в кино пойдут. Мальчишки, конечно, вина принесли потихоньку - чтобы никто не догадался. Но тут-то шампанское! Да еще фирменное! Вот папашка дает! Мать было визжать - мол, рано им еще, а он ей Почему это рано? Пора! И сам открыл. Первый тост, - говорит, - должен отец сказать. И ко мне: Будь счастлива, котенок! Выпили они с матерью и ушли..."

"Ну, я к тому времени, конечно, уже и школьные романы с записками, кино и мороженными крутила, и курить пробовала. И с мальчишками целовалась, обнималась, но ничего такого обычно не позволяла, потому что уже как-то раз попробовала - и не понравилось.

Это в пионерлагере, когда в пятом классе была. Там и в кис-кис, и в ромашку по ночам играли; и в беседке свидания назначали, письма любовные писали. Ерунда это все, конечно, и детство. Так вроде ничего казалось, да и от прыщиков на лице полезно, говорят. Но мальчишки, они просто идиотики какие-то, и, как говорила моя подруга Марина (ее взрослые называли нехорошей девочкой), - от них удовольствия меньше, чем от сырой морковки. Правда, сама я этим не занималась, так что не знаю. Но остроты дурацкие - это точно. Галдят, пихаются, угловатые какие-то. В пропотевших рубашках с грязными воротниками и с прыщами на лбу. Фу! А у Пашки движения, как у сильного большого зверя, и голос такой - мурашки по хребту бегут, да и сказать есть что. Он меня любил, все дарил всякие вещицы премилые. А я его просто обожала. Да не виделись, так я ему с разбега на грудь - прыг! Он меня подхватит, да как закружит! В шею уткнусь и шепчу: Папка, миленький... А он смеется и голову мою целует, и по заду хлопает. - Отъелась без меня, свинка? И в ухо мне тихонько хрюкает. Однажды рисовал меня в мастерской - только волосы не темные, а почему-то розовые. Я так вижу, - говорит. Вроде шутит, но лицо серьезное, такое, что внутри все замирает, краснею, и глаза отвести хочется. Я после этого в рыжий цвет покрасилась - все ближе к розовому. Мать меня все услать норовила - чтобы с Пашкой побыть, а я вредничала, все назло ей делала. Ну он за меня всегда заступался...

Прошлым летом были мы у озера - дачу снимали. Как-то утром мать на работу уехала, а я наверху в своей комнате замерзла (дождь шел, сыро было и холодно) - и спустилась вниз.

К Пашке в кровать залезла - он выходной был. А он спит, словно большой ребенок, подушку обнял, и лицо такое доброе, беззащитное. Теплый весь, как печка. Я так к нему подползла и прижалась, а он во сне меня обнял. У меня сразу сердце забилось, в висках забухало. А Пашка дернулся, пробормотал что-то и мне в щеку уткнулся. Я его и поцеловала - сама не знаю, как вышло. Он глаза не открывает, в полусне улыбается. Ну, я вспомнила, как Марина учила меня целоваться - чтобы язык шевелился как жало, - и еще его поцеловала.