Гладиаторы

Оставив короткий доклад для Верховных Управляющих, он спустился в зал Чести и, открыв вентиль, принял позу покорности судьбе. Звонкое шипение выпущенного метана заполнило помещение. Бесстрастные камеры фиксировали каждый жест первого командующего до тех пор, пока флагман не потрясло взрывом.

Изолирующая обшивка зала дала трещину. Взрыв в секции жизнеобеспечения вызвал замыкание всех энергетических цепей, и оборванный кабель упал на ребристый металл пола. Промелькнула огромная голубоватая искра, и зал Чести вспух огромным огненным шаром.

* * *Тот день Матвей запомнил на всю оставшуюся жизнь.

С самого утра им обоим, и проводнику, и собаке, было не по себе. Слоняясь по базе, они то и дело натыкались на деловито бегущих куда-то посыльных. Но на все вопросы Матвея парни, отлично его знавшие, только разводили руками и делали вид, что сами ничего не понимают.

Отлично зная, что в такой суматохе он может оказаться посланным генералом очень далеко, Матвей в сопровождении Роя молчаливой тенью бродил вокруг штабной палатки, пытаясь хоть что-то уловить из обрывков разговоров.

Но единственное, что он сумел понять, – это что готовится связь с пусковыми шахтами по всему региону. Мрачно покосившись в серое весеннее небо, проводник издал очередной скучающий вздох и, машинально погладив собаку, тихо проворчал:

«Похоже, нам с тобой лучше убраться отсюда подальше».

«Нет, – решительно возразил пёс. – Мы должны ждать».

«Чего?» – опешил от неожиданности Матвей.

«Генерал говорит, что ждет, когда начнут янкерсы», – ответил пёс, старательно выговорив незнакомое слово.

«Чего начнут?» – снова не понял Матвей.

«Не знаю. Он ругается», – ответил Рой, и в его мыслях Матвей ясно расслышал ироничные нотки."

"«Ритор лопоухий», – усмехнулся Матвей, похлопав пса по жилистой шее.

То, что пёс умудрился расслышать мысли генерала на расстоянии около сорока метров, его уже не удивляло. Возможности пса продолжали усиливаться. Иногда это даже пугало Матвея. Задавшись целью выяснить, как идут дела у остальных пар, проводник был неприятно поражён известием, что из пяти щенков в живых осталось только двое: Рой и его сестрёнка, которую с огромным трудом выходили в ветеринарной клинике.

Медсестра Настя забрала её себе, и теперь искалеченная сука терпеливо дожидалась прихода девушки дома, в деревне. Даже несмотря на ощутимую нехватку в собаках, Лоскутов не решился отправить собаку на службу, позволив девушке завладеть ею безраздельно.

Трое братьев Роя погибли в разное время, участвуя в боевых выходах. Услышав эти известия, Матвей только горестно покачал головой и неделю не отпускал от себя Роя дальше чем на пять шагов.