Горец

Хочет детей? Рожу ему одного, двоих, соглашусь и на троих. Прекратить носить короткие платье? Ок, не проблема, натяну на себя балахоны."

"— Ты знаешь, какое я принял решение? — смотрит прищурено, ложится на спину, прикрываясь до пояса одеялом.

— Тут и к гадалке не ходи.

— Ален, вот скажи мне, ты мне настолько не доверяешь или сомневаешься в моих словах?

— Ну… Слово ты умеешь держать.

— Я тебе как-то отвечал на вопрос по поводу Хади, ты кажется забыла мой ответ, — напрягаю память, силюсь вспомнить все наши откровения, получается далеко не сразу, но как только до меня доходит, я хлопаю в ладоши и кидаюсь на шею к мужу. Он едва успевает меня обнять и сдавленно засмеяться.

— Боже, ты в курсе, что ты самый аху***ный муж на свете? — заглядываю в ласковые глаза и покрываю его лицо поцелуями, не в силах унять свою радость, свой восторг.

— Алена, прекрати, — пытается увернуться от града моих чмоков, но не спихивает со своей груди, нет и намека на что-то еще.

— Вот почему нельзя сразу все сказать сразу? Зачем вот это нервы натягивать, доводить до предела?

— Мне нужно было подумать. Приезд Миланы и наш с ней разговор ускорил мои мыслительные процессы.

— Ты иногда такой тугодум!

— Если бы я все решения принимал на эмоциях, сидел бы сейчас в тюрьме либо за незаконную деятельность, либо за нанесение тяжких повреждений. К счастью, здравого рассудка у меня больше, чем порывов.

— Какой ты скучный, — бурчу, очерчивая изгиб его губ, с нежностью рассматривая уставшее лицо. — Ты выглядишь уставшим.

— Я переживаю за бабушку. Она самый мой близкий человек.

— А как же я? — шутливо возмущаюсь, он проводит рукой по моей голове, костяшками по щеке.

— Теперь и ты мой человек, — сдерживаюсь, чтобы не начать уточнять еще о чувствах, вздыхаю и укладываюсь на его грудь.

— У меня нет такого человека. Я думала, что самые близкие — это мама и папа. Увы… Когда они развелись, чувствовала, что наша семья распалась именно из-за меня. Это, конечно, не правда… Просто папа много работал, мама часто бывала заграницей, я просто училась. Однажды у папы появилась Полина, у мамы Карло. Он неплохой мужик, получше, чем Поля. Когда они поженились, предлагал мне переехать в Италию. Поля желала, чтобы я слезла с шеи папы. Желательно навсегда.

— Ты слезла. У тебя своя квартира, свой счет, у тебя есть без пяти минут диплом, и ты соображаешь в рекламе. Ты не пропадаешь без мужа, а твоя мачеха без мужа никто. Ей и идти некуда. Вроде Миланы, только европейский тип.

— Сегодня я хотела Миру прибить. Неужели вся семья верит, что ты способен изменить?

— В тихом омуте черти водятся, — вздрагиваю от мурашек, возникшие от поглаживания по спине. — Я ей благодарен за дочь, именно поэтому взял вину на себя. Это решение далось мне непросто. Чувствовал себя обманутым.