Горец

Брак на год, а дальше на неопределенный срок, расторжение по взаимному согласию без претензий друг к другу, присутствует даже понятие калым. Удивленно смотрю на Давида.

— Это по нашим традициям, за невесту дают плату, чтобы в случае развода, она не осталась ни с чем.

— За первую жену ты тоже платил?

— Да.

— Много?

— Она ни в чем не нуждается.

— А меня во сколько ты оцениваешь?

— Я куплю тебе квартиру, чтобы ты не зависела от родителей, — квартира? Мне с трудом удается не смять бумаги в руках, не заплакать при Давиде. Чужой человек заботится обо мне лучше, чем родители. Дожила.

— И мне всего лишь нужно изображать из себя жену год?

— Пока год, дальше посмотрим.

— Как будем выкручиваться, когда через год у нас на руках не будет агукающего, слюнявого карапуза?

— Хадя тоже получилась не в первый год, так что мои таких вопросов не зададут.

— Сколько вы были в браке, если не секрет? — ответит или нет? Давид поджимает губы, задумывается.

— Мы с ней знакомы давно. Развелись два года назад.

— По обоюдному согласию?

— Можно сказать, что так.

— Так, все как-то красиво получается, а как же угроза по поводу рождения сына? Или это просто твоя манера меня запугивать?

— Судя по тому, как тебе нравится со мной целоваться, мы можем перейти на новую ступень более близкого знакомства.

— Хочешь сказать, что не прочь переспать со мной? — бумаги в сторону, там все понятно, а вот по поводу желаний Давида там ни слова.

— Ты красивая, Алена, и да, вызываешь интерес, но я не сплю с женщинами без их согласия.

— Не принуждаешь?

— Нет.

— Не играешь в ролевые игры?

— Нет, — губы дрожат в сдерживаемой улыбке.

— Даже БСДМ не интересно?

— Тебе нравится, когда тебя шлепают по попе? — приподнимает черную бровь, потирая большим пальцем свои губы. Я слежу за пальцем, непроизвольно облизываю губы, кажется опять отвлекаюсь.

— Меня никогда не били.

— Я тоже не собираюсь, только если в шутку.

— Анал?

— Нет.

— Минет? — сексуальный допрос, Давид открывает рот, закрывает его, брови то взлетают вверх, то сводятся к переносице, глаза то на меня, то к потолку. Скромняжка какой. — Куни?

— Ален, — ставит локти на стол, подается в мою сторону, ловя меня взглядом. — К чему такие вопросы? Давай мы все же останемся в платонических отношениях, это будет более благоразумнее.

— А как же потребности?

— Ты о своих переживаешь?

— О твоих! Не хочу, чтобы за моей спиной шептались о твоих изменах. Кстати, у меня есть подруга и ты в ее вкусе, я не буду против, если между вами, — указательными пальцами потираю друг об дружке. — Потом вы можете пожениться, если совпадете в иной плоскости.

— Ты серьезно? Может сразу тройничок организуем, а там и многоженство, благо вера мне это разрешает.