Камень. Книга 10

Нагулявшись по мосту и полюбовавшись с него на знаменитые Елисейские поля, мы, ловя последние лучики садящегося солнца, сделали обязательные фото, сели в автобус и поехали на площадь Звезды осматривать Триумфальную арку.

— Та же хрень, что и в Берлине… — тихонько поделился со мной Кузьмин своим авторитетным мнением. — Только вид сбоку.

— Согласен, — кивал я, продолжая старательно разглядывать подсвеченные фонарями барельефы. — Ничего я в этом высоком искусстве, Ванюша, не понимаю от слова совсем, а ведь мне еще зачет в универе сдавать по эстетике.

— Дружка своего Петрова напряги, царевич, пусть он тебе терминологию на отдельном листочке выпишет с краткой расшифровкой. А зачет будет принимать женщина?

— Вроде да…

— Тогда на самом зачете как-нибудь вырули на рассказ о поездке в Париж — женщины это любят — и, считай, зачет у тебя в кармане.

— Так и сделаю…

На Триумфальной арке наше очень краткое знакомство с достопримечательностями Парижа прервалось на ужин, который Стефания нам организовала на небольшом кораблике под названием «Святой Валентин». В плавучем ресторане мы проплавали по Сене больше двух часов, наслаждаясь вечерними видами парижских мостов, Эйфелевой башни, Нотр-Дама, музея Орсе и Лувра.

В «Мулен Руж» добирались через вершину холма Монмартр, где специально остановились, чтобы посмотреть еще одну знаковую парижскую достопримечательность — базилику Святого Сердца. Белоснежный храм в ночной подсветке смотрелся, по моему скромному мнению, не так загадочно, как Нотр-Дам, но при этом, без всяких сомнений, обладал своим собственным очарованием.

— Как бы я хотел на Монмартре хоть полгода пожить, — вздыхал стоявший рядом со мной Сашка Петров. — Здесь сразу чувствуется особая творческая атмосфера! Лешка, ты представляешь, что раньше на Монмартре жили Ван Гог, Тулуз-Лотрек, Пикассо, Модильяни!

Очень мне хотелось сказать другу, что он пишет всяко не хуже всех перечисленных персонажей, но сдержал себя:"

"— Так в чем проблема? — хмыкнул я. — Вот во время свадебного путешествия с Кристиной и поживете на этой «Горе Мучеников».

— Хотелось бы… — опять вздохнул он.

В «Красную мельницу» мы попали уже в одиннадцатом часу вечера и оказались, вот неожиданность, единственными гостями кабаре. Традиционное шампанское в ведерках со льдом на столиках уже стояло, официанты ждали команды, а конферансье нетерпеливо притаптывал ножкой в углу сцены.

По окончании представления, длившегося без малого полтора часа, мы поаплодировали артистам и оставили на столиках солидные чаевые. Наши же общие впечатления с воспитателем и колдуном выразил Прохор:

— Ни то ни се! В конце концов, могли бы и стриптиз исполнить, а то только ногами дрыгали! Короче, не мой формат.

— Петрович прав! — покивал Кузьмин.