Камень. Книга 10

— Куража девкам не хватает. На лицо одно только безупречное техническое исполнение отдельных элементов.

Естественно, Стефании мы все дружно выразили свое непередаваемое восхищение от посещения культового парижского кабаре, а мой братец Александр в ультимативной форме потребовал от наших девушек исполнения канкана в ночном клубе, в который мы сейчас направлялись. Получив в ответ общее девчачье «Фи!», Сашка демонстративно «расстроился», а потом шепнул нам с Колей:

— Вы как хотите, а я по прилете на любимую родину сразу из порта поеду в стриптизник! А в эту «Мельницу» больше ни ногой!

Коля ухмыльнулся:

— Знаешь, почему тебе кабаре не зашло? Потому что мы с тобой привыкли такие зрелища наблюдать уже пьяными, а тут, кроме этой слабенькой газировки, ничего не было.

— Точно! — Шурка хлопнул себя по лбу. — Вот где собака порылась!

В один из самых пафосных ночных клубов французской столицы, «Силенсио», мы добрались достаточно быстро и только успели разместиться за столиками внутри, как мой телефон пискнул, извещая о поступившем сообщении с неизвестного номера: «Добрый вечер! Готов сдаться прямо сегодня при подтверждении обещанных ранее гарантий. Жду ответа».

«Добрый. Гарантии подтверждаю. Мое слово! Где встречаемся?»

Через минуту пришел ответ:

«Аэропорт Франкфурт-на-Майне. Могу ожидать только пять часов».

Соображает, тварь! Выбрал один из самых загруженных аэропортов в Европе!

«Мне требуется десять минут, чтобы поставить в известность старших родичей. После займусь поиском борта. Отпишусь».

«Ок».

Темп! Анализ чувственной сферы контролера… На первый, да и на второй взгляд, подставы не наблюдается. Присутствует лишь боль от поврежденного доспеха, обреченность и желание выжить…

Поднявшись из-за стола, я многозначительно глянул в сторону столика, за которым устроились Прохор с Ваней, и на улице мы оказались втроем. Перейдя на другую сторону улицы, повернулся к двум сотрудникам французской охраны, увязавшимся за нами:

— Мсье! Мы ценим ваше служебное рвение, но, поверьте, как-нибудь сумеем себя защитить.

Парочка обозначила поклон и вернулась ко входу в клуб, продолжая зрительно контролировать наши перемещения, а я достал телефон, дозвонился до родителя и кратко доложил ему о переписке с контролером.

— Это не подстава, отец, — заканчивал я. — Тварина окончательно сломлен и просто желает выжить.

— Дай мне минуту на подумать, сынок… — И родитель затих явно больше чем на минуту. — Так, слушай меня внимательно. Проще тебе о самолете договориться со Стефанией. Естественно, без подробностей о целях и конечной точке полета. Договоришься — летишь до Франкфурта, забираешь пассажира и отправляешься в Ниццу. Здесь мы тебя встретим. Все понятно?

— Все.

— Кузьмин рядом?

— Трубку ему дать?

— Да.