Крылья для двоих. Развод

Мамы с Ванечкой не видно, зато видно Юлю… Она несется мне навстречу с широкой улыбкой на лице.

– Лидочка, дорогая… Я думала, ты на улице. Татьяна Степановна с Ванюшкой в прятки играет. Как тебе вечер? Выглядишь потрясающе! Это Роберто Кавалли? – ее голос сквозит неприкрытой лестью.

У меня ничего нет, выходит… Любящего мужа, семьи и друзей. Кругом фальшь.

– Нет, это Гуччи, – вру ей я, растягивая губы в такой же приторной улыбке.

Платье я заказала на Озоне, но Юле это знать необязательно. Чтобы победить, мне нужно научиться играть по их правилам – лгать и притворяться, пользоваться их связями и выуживать нужную мне информацию.

– Купила за бешеные деньги, – продолжаю я, отмечая тень недовольства на лице Юли. – Цветочные принты сейчас в моде. Хорошо, что Ростик ни в чем мне не отказывает.

– О! Шикарный у тебя мужик. За такого держаться надо. А не хочешь…

– С удовольствием, Юлечка, – опережаю ее я. – Куда сходим? Может, еще кого-нибудь возьмем с собой? Как насчет Дарины Ревенко?

Точно! Три месяц назад Рост рассказывал о разводе коллеги – Павла Ревенко. Тогда я пропустила разговор мимо ушей, а сейчас вспомнила подробности того дела. Особенно то, как он отзывался об адвокате Дарины…

«Она Пашку без штанов оставила, представляешь?»

Это то, что мне нужно… Именно такой адвокат.

– Дарину? А зачем она нам, Лид? – кривится Юля, хлопая длинными, искусственными ресницами.

– Она тоже работает в кардиохирургии, разве нет? Мне она показалась приятной и милой. Ну, если ты не хочешь, то…

– Она развелась с Павлом.

– И что?

– Нет, нет… Ничего. У тебя есть ее номер телефона?

От Роста зависит повышение ее Игоря. Поэтому Юля послушно диктует номер телефона Дарины.

Только бы девушка согласилась с нами встретиться…

Прощаюсь с Юлей и возвращаюсь за праздничный стол. Рост уплетает семгу под сливочно-икорным соусом. Улыбается, завидев меня.

Тянется обнять."

"По телу проносится вихрь мурашек… Он противен мне. Еще час назад был желанен и любим, а сейчас… Врезать ему хочу, накричать… Жаль, он не слышит мой немой крик – слишком сосредоточен на своей грязной игре…

– Любимая… Все хорошо? Ванечке уже спать пора, а мама твоя играет с ним на улице. Нехорошо. Давай я вызову водителя, он отвезет вас домой?

Мне хочется выпалить, что с Ваней никто, кроме моей мамы не играет… Он, его родители… Для них он – живой раздражитель, досадная помеха… Головная боль, мешающая планам.

– Конечно, милый. Я поговорю с мамой, пожурю ее, – смущенно опускаю взгляд. Ага, щ-щас… Спешу и падаю. – А ты… к Афанасьеву?

– Очень не хочется, но… Работа есть работа. Надеюсь, ты не против?

– Против. И… Я хотела поговорить кое о чем?

– О чем же? Это может подождать до завтра? – спрашивает Рост, удивленно поднимая брови.