Леди Каладана
Вторая книга приквел-трилогии Брайана Герберта и Кевина Андерсона, события которой непосредственно предшествуют началу несравненной «Дюны» Фрэнка Герберта.Тихой, счастливой жизни леди Джессики – неофициальной, но горячо любимой жены герцога Лето Атрейдеса и матери его наследника Пола – приходит конец.Ее вновь призывают на планету Ордена Бинэ Гессерит, где предстоит смертельно опасная схватка с обезумевшей хранительницей секрета создания сверхчеловека. Именно она видела в Джессике и Поле неминуемую угрозу давним надеждам Бинэ Гессерит.Между тем, Империя оказывается на краю гибели, и ситуацию не в силах исправить даже сама Преподобная Мать Ордена.Плетутся изощренные интриги. Строятся козни. Доверять нельзя никому.Джессика понимает: судьба ее семьи висит на волоске…
Якссон ответил на послание герцога по частному каналу связи. Он отправлял послание за посланием, источник которых не получалось установить. В сообщениях, защищенных многослойным кодированием, вскрыть которые Лето мог только с помощью отпечатка пальца, содержалась инструкция, как безопасно встретиться с Якссоном. С этого момента Якссон вовлекал Лето в самое сердце заговора Союза Благородных.
Лето активировал послание, зная, что оно сотрется после первого же прослушивания. Голографическое изображение Якссона приветствовало герцога с уверенностью и теплой гордостью.
«Я воспринял ваше письмо, как радостную весть, Лето Атрейдес! Ваш возлюбленный Каладан воспрянет, когда Союз Благородных достигнет своей цели, после того как он его укрепит и усилит ваше участие – вы наша неоценимая награда! Я понимаю, с каким трудом вы приняли это решение, но я знал, что вы его примете, потому что понимаю вас, доверяю вам и знаю, что вы всегда поступаете правильно. – В записи Якссон усмехнулся. – Может, я понимаю вашу душу лучше, чем вы сами».
Слова эти жгли Лето как огнем. Джессика тоже говорила, что понимает его так, как он сам себя понять не в состоянии. Это заставляло его сомневаться в своей истинной сущности. В последнее время он часто думал об этом, исследуя части собственной личности, погребенные в дальних закоулках сознания, возможно, вполне заслуженно.
Ранее, когда он явился на Кайтэйн, чтобы разыграть из себя амбициозного аристократа, Лето попытался наступить на собственное горло и сомневался, что на самом деле хотел добиться успеха.
"Но он затеял это не ради Шаддама, и знал, что Пол поймет его. Перед тем как отправиться на встречу, где могло случиться всякое, он собирался оставить послание сыну.
Накануне Гарни Холлик отбыл на Кайтэйн. Жребий брошен, и Лето знал, что может доверить этому человеку выполнение важной и ответственной миссии.
Герцог отогнал эту мысль. Сидя в своем просторном кабинете в замке Каладана, он смотрел на экран проигрывателя, медлил и думал. Потом начал диктовать послание:
– После отъезда твоей матери, Пол, я отправился в имперскую столицу и попытался усилить Дом Атрейдесов.

















