Люблю тебя врагам назло

Мне было так интересно работать, что даже девчонки и вечеринки ушли на второй план. Чуть позже я перевелся на ""заочку"" и стал работать полный день.

В ""IGM"" хорошо платили даже на самом старте карьеры. А в прошлом году меня повысили, и зарплата увеличилась в разы. Я никогда не видел такого большого количества денег и недоумевал, куда мне их тратить.

Сначала я накупил себе кучу дорогих шмоток, приобрел новый телефон и часы. Затем, подкопив, взял в кредит машину, и сейчас, под конец учебы почти расплатился с ним.

На третьем курсе я съехал с общежития, начал снимать квартиру с одногруппником. А пару месяцев назад переселился и стал жить один.

На работе я тесно общался с Катей Алпатовой, той самой синеволосой бестией, которую встретил на финальном туре олимпиады. Мы быстро сдружились. Она понимала меня. А я понимал ее. Иногда наша дружба скрашивалась ни к чему не обязывающим сексом, но это не мешало нам и дальше хорошо ладить.

Катюха была единственной женщиной в моей жизни, которую не хотелось вышвырнуть из постели сразу после оргазма. Обычно она натягивала одну из моих футболок, и мы шли на балкон. Курили и разговаривали.

Как правило, наш секс случался тогда, когда ни у меня, ни у нее на горизонте никого не было. Катюха ссорилась с очередным нерадивым бойфрендом, звонила мне, и я успокаивал ее, как мог. Она не претендовала на эксклюзивность, не делала мозги и никогда не осуждала мой образ жизни.

Когда спустя четыре года Алиса Малыгина снова ворвалась в мою жизнь, я был не готов. Мылся в душе, услышал звонок в дверь и понял, что Катюха открыла ее. Не знаю почему, но необъяснимое беспокойство поднялось во мне. Я выключил воду, накинул полотенце и вышел в коридор. Мое чутье не подвело, на пороге стояла Она."

"При взгляде на Алису у меня защемило в груди, и нахлынувшие воспоминания чуть не сбили с ног. Я едва смог взять себя в руки. Мне хотелось расспросить, как у нее дела, поцеловать, наорать за то, что бросила меня. Причем все это — одновременно.

Конечно, когда я назвал нежданную гостью по имени, Катюха сразу все поняла. Первые месяцы жизни в Москве я чуть ли не каждый вечер рассказывал ей про Алису. Девушку, лишившую меня сердца. Удивительно, как Алпатова могла столько терпеть мое нытье, ведь в наших разговорах я упоминал Малыгину не меньше тысячи раз.

Катя всегда поддерживала меня. Даже когда я, увидев Алису, впал в ступор. Пригласила ее в квартиру и поддерживала непринужденную беседу в течение вечера. Идеальная подруга.

Алиса была по-прежнему красива. И ее привлекательность заключалась не в прическе, фигуре или одежде, как могло показаться вначале. Красота светилась в ее золотисто-карих глазах. Ведь глаза — это ворота в душу.

Весь вечер я находился в каком-то странном полубессознательном состоянии.