Мемуары голодной попаданки

Магическая же клятва, как всем известно, нерушима. А во-вторых – Агата не могла предположить, что капли в этот вечер примет не Его величество, тот уже спал сном младенца, а Эва, взбудораженная разговором с сестрой.

Пальцы Зака прошлись по каждому шейному позвонку, заставив меня громко сглотнуть, добрались до тонких волосков, которые тут же встали дыбом, и обхватили затылок. Я неосознанно облизала губы, приковав к ним пристальное внимание потемневших глаз мага."

"Дрожь прошла по моему телу. Мне было страшно, что Зак меня поцелует, и я не смогу перед ним устоять.

Уже сейчас чувствовала себя в его объятиях безвольной послушной куклой. Что же будет дальше? Но еще больше я боялась, что поцелуя не случится. Такого восхитительного, безумно желанного. Кажется, я просто умру от вскипающей внутри меня потребности прижаться губами к его губам, вобрать в себя его дыхание, ощутить нежность его кожи. Почувствовать мужчину так близко, как только это возможно.

Но Зак не отступал и не торопился, делая вид, что не замечает, моей реакции на него.

– На утро король обнаружил в своей постели умирающую возлюбленную и срочно потребовал к себе всех лекарей и магов.

Так пошли слухи по городу про отравление Его Величества. Про меня вспомнили гораздо позже, ведь считалось, что магию я потерял, но действия настоек из трав Зачарованного леса иной раз могут творить чудеса, и проигнорировать этот факт было бы неразумно. Поэтому приказ все-таки отдали. Старательные служащие, в том числе илор Сью, сделали свои выводы, поспешив меня арестовать и привести в особняк под конвоем. Загадочный яд, который не смог распознать ни один целитель или маг, растворился вмиг при одном моем касании. Я признаться, и не разобрался в произошедшем. Если бы Агата не призналась, что это ее личная недомагия уложила в постель сестру, наверняка так бы не сообразил причину своего беспримерного колдовства. После аннулирования действия Накопителя Эву оставалось лишь вылечить. Я этого не сделал, оставив на королевских лекарей и пообещав прийти позже, проверить. Просто, услышав зов леса, да еще почувствовав, что в Зачарованный проникли аж три человека, почему-то сразу про тебя подумал. Тут уж меня ничто не могло задержать. Пропажа дневника прадеда, арест, а в лесу посетители – все складывалось в логически понятную цепочку, а мысль, что ты втянута в эту авантюру, просто убивала.

Зак прижался губами к моему виску, шевеля дыханием выпавшую из прически прядь волос:

– Ты не представляешь, как я испугался!

– Правда? – прошептала, еще не веря собственному счастью. Он оставил больную Эвенизу и бросился спасать меня! Меня! Причем, даже не будучи уверенным, что спасение требуется. Просто испугался и бросил все, поспешив к мне.