Мемуары голодной попаданки

– Но она же принесла себя в жертву, – не поняла я. – Агата говорила, что этот способ действует безотказно, особенно, если жертва добровольная. Поэтому и пыталась меня вынудить…

– Ну, так все получилось, как она желала, – пожал плечами Зак, и рубашка натянулась на рельефных мышцах. – Накопитель с ее подачи сейчас наполнен магией под завязку, ты не только можешь ходить с ним в лес, но и теоретически – даже магичить. Жизнь же Агаты, с того момента, как она переступила черту Зачарованного, принадлежала Матери леса – преступнику обратного хода нет, не важно потомок он Всеведа или сам Всевед.

Она могла бы бродить по лесу еще несколько дней, но рано или поздно все равно пришла бы к статуе за своим логическим концом.

Я открыла было рот, чтобы поинтересоваться, как же ему удалось так быстро прийти к нам с Ванечкой на помощь, но тут входную дверь сотрясло под настойчивыми ударами кулаков. Что еще?

Все семейство выскочило в зал для посетителей, а Зак впустил стучавшего. Им оказался щуплый мужичонка, который смущенно озираясь и подобострастно кланяясь каждую минуту, отрапортовал:"

"– Илор граф, как и велели, карета к назначенному времени прибыла.

Готов отвезти.

– Забыл! – Зак хлопнул себя ладонью по лбу. – Меня же в Особняке Пресеньваля ждут!

Он метнулся за тулупом. А проносясь мимо нас с детьми в обратную сторону, лишь крикнул на бегу:

– Я скоро.

Вот и все. Хлопнула дверь.

Стало обидно до слез. Пережить такой ужас с Агатой, и остаться без поддержки… Кого? Остынь, Аня, он тебе лишь хозяин и благодетель. Это ты обязана «илору графу», а не наоборот. У него же там отравленный король или, что еще важней, Эвениза.

Последняя мысль настроения совсем не приподнимала.

Мое буйное воображение рисовало всевозможные картинки, на которых то бледная и ослабевшая Эвениза возлежала в прозрачном пеньюаре, а Зак убивался от горя, стоя рядом с ней на коленях; то бывшая невеста лобызалась с магом за балдахином кровати, где отходил в мир иной Его Величество. И когда поздно вечером входная дверь наконец хлопнула, я была настолько взвинчена, что видеть одного шибко заработавшегося мужчину не имела никакого желания.

Тихо прошмыгнув в коридор, осторожно поднялась по лестнице, стараясь не скрипнуть лишний раз какой-нибудь из половиц.

На втором этаже, уже было шагнула по привычке к двери своей комнаты, но… на ее месте обнаружила ровную стену. Где она? Где дверь? Где моя комната?

– Плюшки-ватрушки!

Как пришло, так и ушло. Неслабый намек от Переговорного! Мысли заметались нерадивой хозяйкой, у которой убежало молоко. Почему все это? Меня выгоняют? За что? Признаюсь, подобного я не ожидала.

На негнущихся ногах медленно спустилась вниз. Хотелось зарыдать в голос, съесть огромный торт и запить ведром шампанского.