Наследник для нелюбимого

Да, возможно, самое страшное было еще впереди, потому что я не знал, как Камилла справится с пережитым стрессом. Но если у Жени получилось, то и у нее получится.

Домой я вернулся с наступлением сумерек. Во дворе стояла машина Егора. Я поднялся наверх, не застав никого в гостиной, и нашел всех четверых в своей спальне. Женя и Вика сидели на кровати, Лиза с Егором расположились на пушистом ковре. Они во что-то играли, и какое-то время меня не замечали, пока я не открыл дверь шире и не сделал шаг вглубь комнаты.

— Руслан… — Женя вмиг побледнела, а ее подбородок задрожал.

— Так, девчат, засиделись мы. Поехали домой? — Егор поднялся на ноги. — Завтра в это же время? — спросил он у меня, а я быстро кивнул.

Визиты девочек отвлекали Женю от грустных мыслей, а мне нравилось по вечерам слышать в доме детские голоса. Лизу подошла ко мне и протянула листок. Опустив глаза, я несколько секунд рассматривал изображенный на бумаге портрет Камиллы и мне стало так больно за сестру, ведь это все она пережила по моей вине… Не знаю, простит ли она меня. Слишком высока оказалась цена моей страсти к Жене.

— Спасибо, Волчонок, — я приподнял уголки губ.

 — Очень красиво.

— Кто? — Лиза нахмурила брови.

— Спасибо, Лиза, — ухмыльнулся я.

Спустя минуту Егор и девочки покинули комнату, а мы с Женей остались одни. Я не торопился рассказывать о событиях вчерашнего дня, потому что эта правда ей не понравится. Но пришло время оставить все недоговоренности в прошлом.

— Я схожу в душ и все расскажу. Хорошо? — поймал ее растерянный взгляд.

Она поднялась с постели и приблизилась ко мне, обняла, утыкаясь лицом в грудь. Я провел рукой по шелковистым волосам, к запаху которых уже так привык, и склонившись, приподнял двумя пальцами ее подбородок.

Заглянул ей в глаза и так мы стояли какое-то время в полном молчании."

"— Я ведь обещал тебе, что найду сестру и все образуется…

Она перехватила мою руку и поглядела на мои сбитые костяшки, которые покрылись коричневыми корками. Я не щадил Ливанова, когда наносил ему удары. Руки до сих пор ныли от боли после вчерашнего возмездия, но по сравнению с тем, что творилось в душе — физическая боль была мелочью.

— Он мертв, Женя. Я не буду просить за это прощения.

И не смогу разделить с тобой скорби по этому поводу. Я его не убивал, но если бы Баринов меня не остановил, я бы это сделал. Об этом я мечтал с того самого дня, когда забрал тебя из больницы и привез в свой дом запуганную и слабую. Камилла сейчас находится в клинике в таком же состоянии…

По щекам Жени потекли мокрые дорожки.

— Я так за тебя переживала, Руслан… — она крепко обняла меня, прижимаясь всем телом, а у меня где-то под ребрами прошило болью такой силы, что дыхание свело.