Наследница старой башни

А про огурцы сказал, что готов раз в месяц по бочонку брать!

Денег Леста привезла даже больше, чем я ожидала, так что на праздники я вполне могла выделить достаточно приличную сумму. Хватит и на подарки, и на поездку в храм, и на разные пустяки.

Кроме того, еще с осени я озаботилась небольшой, но приятной мелочью. В конце бабьего лета, уже перед заморозками, я набрала штук двадцать пять плотных и крупных луковиц гиацинтов и рассадила во все плошки, которые нашла. Пригодились и маленькие колотые горшочки из сараюшки, и небольшие глиняные чашки со сколами и трещинами, из которых раньше, похоже, пила прислуга.

В сарае такой негожей посуды стоял целый короб. Прежние хозяева башни ничего не выкидывали.

Почву брала: смесь торфа и песка. Луковки сажала так, чтобы торчало не больше одного сантиметра макушки. Хорошо полила землю, все составила в один большой ящик и отправила в подпол. Там они и простояли почти десять недель. Изредка я навещала свою рассаду и смотрела, как идут дела. Поливала и проверяла, нет ли плесени. Искренне обрадовалась, когда проклюнулись первые, бледно-желтые, листья и цветоносы.

Подержала там в подполе еще с недельку. Потом стала постепенно приучать растения к свету и теплу: сперва оставила на холодном полу в кухне и держала под бумажными колпачками, потом перенесла с пола в ту комнату, что служила нам холлом и местом обеда для прислуги. А затем уже переставила на теплые солнечные подоконники.

Ну, солнечными я их назвала сгоряча. На самом деле просто в эти окна попадало больше света: они выходили на южную сторону. Гиацинты любят высокую влажность, поэтому вокруг горшочков я ставила блюдца с водой."

"Когда цветочная стрелка стала выше листьев, бумажные колпачки я сняла совсем.

В это время цветоносы требуют досвечивания, но тут, увы, я была бессильна. Именно поэтому никому не рассказывала о своей задумке: не была уверена, что получится.

Однако листья из желтых постепенно становились зелеными, толстые и упругие стрелки росли и покрывались бутонами. К середине зимы, которую здесь не отмечают – новый год это весенний праздник, началось цветение.

Так что на Рождество у нас на столе стояла самое больше блюдо из сервиза, которое я только смогла найти, и в нем, удивительной весенней полянкой, цвели пятнадцать фиолетовых и розовых гиацинтов.

Три гиацинта в небольшой плошечке украшали стол за которым ела прислуга. Остальные растения были слишком слабыми, и их я в общую композицию не высаживала.

Запах гиацинтов вызывал искренний восторг Элли. Малышка даже на время упросила меня проводить занятия не в ее комнате, а в столовой. Пахли цветы и правда изумительно. Даже крошечный букетик на столе прислуги наполнят холл и лестницу весенним благоуханием.