Наследница старой башни

Днем был длительный привал. Если сейчас вы не будете распрягать кареты и телеги, то вполне можете попасть домой уже сегодня. Конечно, -- поспешно добавила я, – если вы желаете непременно переночевать в деревне…

-- Госпожа фон Розер, я не был в замке почти тридцать дней. Признаться, больше всего на свете я хочу оказаться сегодня в своей спальне. Только сейчас всего лишь конец весны, светлая госпожа. Думаю, прямая дорога между башней и замком еще не просохла.

Все это время в дороге мысли о том, что мы вроде бы поссорились с герцогом, беспокоила меня. И вовсе не потому, что он был владыкой края. Этот человек сделал для меня так много, а я ухитрилась дерзить ему и чувствовала себя неблагодарной. Сейчас мне представился случай сделать для него что-то хорошее.

-- Ваша светлость, а как вы думаете, почему я отказалась продавать вам столь неудачные и сырые земли?

Герцог, который занес ногу на подножку кареты, от моего вопроса неловко развернулся и чуть не упал. Благо, успел схватиться за дверцу. Раздосадованный собственной неловкостью, он хмуро глянул на меня и ответил:

-- Понятия не имею, госпожа фон Розер. Признаться, мысли некоторых женщин для меня загадка.

-- Прошлым летом, ваша светлость, я отправляла крестьян для проведения некоторых работ. Еще тогда с болот начали спускать воду. Мы проверяли осенью: дорога была не слишком хороша, но, как сказал староста, заметно суше, чем раньше. Я уверена, что сейчас путь уже открыт. Если вы поторопите прислугу и не будете задерживаться у меня на отдых, к ночи попадете в замок.

Несколько мгновений герцог стоял столбом с ничего не выражающим лицом. Решила, что он обиделся на мое не гостеприимство, и торопливо заговорила:

-- Нет-нет, ваша светлость! Если вы устали и не хотите продолжать путь сегодня, конечно же, я с удовольствием предоставлю кров баронессе Хордер и распоряжусь, чтобы вам привезли в деревню продукты. Прошу, не обвиняйте меня в недостатке гостеприимства, я только хотела…

-- Стоп! Не частите, пожалуйста, госпожа фон Розер.

Герцог «отмер» и сейчас смотрел на меня внимательно и чуть подозрительно:

-- Вы хотите сказать, – уточнил он, – что выписали из столицы инженеров и механиков и начали осушение болот?

-- Все гораздо проще, ваша светлость. Никаких инженеров я не выписывала. Просто объяснила крестьянам, что именно нужно делать, и дала им необходимый инструмент.

-- Крестьянам? Просто дали инструмент? А сами-то вы от кого узнали, как осушаются болота?!

Тон герцога неприятно поразил меня. Кроме иронии, в нем отчетливо слышалась подозрительность.