Проданная невеста

Кворн мягко, но решительно убрал ее руку со своей груди:

— Не нужно было злить милорда выкрутасами. Тогда он наверняка подобрал бы тебе более женскую работу. А теперь иди убирай денники, — мужчина развернул ее за плечи и слегка подтолкнул, скорее даже просто направил к проходу.

Наташа поплелась, опустив плечи и сгорбившись — словно под непосильной ношей. В адрес импотента-конюха у нее были только матерные слова, но, к сожалению, знаний об иннарийском мате дурацкая книжка ей в голову не вложила. Еще жутко хотелось запустить козлу в спину вилами. Только как бы за порчу имущества чернявый урод не измыслил для нее что похуже конюшни.

А Вичка-то, небось, сейчас на пуховых перинах раздвигает ноги!.

* * *— Куда мы идем? — спросила Вика, запыхавшись на бесконечных лестницах и переходах.

— На дозорную башню. Ты же хотела посмотреть закат, — подмигнул ей Блайвор.

— А что, это возможно только с самой верхотуры? — по меркам московских домов они забрались уже этаж на десятый и всё продолжали подниматься.

— Нет, сам закат отлично виден с балкона в Большом зале. Зато с башни открывается панорама на всё вокруг. К тому же мы уже почти пришли.

Еще несколько витков крутой винтовой лестницы, и они оказались в просторном квадратном помещении.

В каждой стене по строенному окну. Вика сразу прильнула к западному. За время, что они сюда поднимались, небо успело окраситься в безумные розово-сиреневые цвета. Замок, гора, холмы и просторы вокруг приобрели тот же оттенок — как будто кто-то залил «картину» полупрозрачным лаком.

Вика застыла, наблюдая, как сиреневый цвет постепенно краснеет и переходит в багряный. Жаль, у нее не было ни камеры, ни даже фотоаппарата.

— Не замерзла? — Блайвор обнял ее сзади.

— Есть немного, — согреться теплом его тела она была вовсе не прочь. Тем более что помещение не отапливалось.

Однако об этом Вика забыла очень скоро. Кожа на спине и в местах, где касались его руки, начала гореть. Жар быстро распространялся. Она изнемогала в истоме. Чувствовал ли это Блайвор? Наверное.

Потому что сжал девушку в объятиях чуть крепче. И, кажется, его дыхание участилось.

Солнце зашло. В башне наступила полутьма. И словно бы время замедлило свой ход. Бесконечно долго сгущались сумерки за окнами. Бесконечно долгим было ожидание, сделает ли он что-нибудь еще. Вика почти отчаялась. Хоть просто стоять в его объятиях она тоже могла бы вечность. Или сидеть бок о бок, решая проблемы экономики. Или говорить часы напролет — им всегда было о чем. Или же в унисон молчать.

Губы нежно коснулись волос на ее макушке. Сильные руки не спеша огладили плечи. Вика замерла, отдаваясь ощущениям. Но тут Блайвор развернул ее к себе, запустил пальцы в волосы, погладил затылок.