Игра с огнем

Девочка просто помогает ему за деньги, не более. Ник улыбнулся, глядя на дорогу. Ника заметила это и чуть не закашлялась – с чего бы этому опрокинутому маньяку улыбаться? Совсем рехнулся?

Эти двое съездили в пару мест, в том числе в какой-то плохо освещенный прокуренный бар, находящийся в подвальчике старого дома. В баре гремела неясная музыка, народ был не совсем трезв, а воздух заменял сигаретный терпкий дым.

Никита целеустремленным шагом направился к какой-то лестнице, оставив свою спутницу одну ровно на минуту. Ему нужно было встретиться с кем-то по просьбе брата и что-то у него забрать (если бы Ника знала что, она бы точно испарилась – в прямом смысле этого слова).

Молодой человек ушел, к Нике тут же умудрился подкатить какой-то высоченный худой тип с блестящими ненормальными глазами и развязными манерами.

– Приветики. Какая задорная чика и одна, – положил ей руку на спину тип без стеснения и провел ладонью вдоль позвоночника, – идем со мной. – Его тон был многообещающим. Ника отшатнулась в сторону.

– Эй! Убери руки! – возмутилась смелая, где не надо, девушка. – Никуда я не пойду.

– Ну чего ты такая? Оу?

– Отстань.

– Тебе понравится, – заверили ее.

«Почему меня всегда домогаются кретины и наркоманы?», – в отчаянье подумала она.

– Нет, не думаю.

– Чего это? – Теперь незнакомец хотел коснуться ее волос, но Карлова вовремя сделала шаг назад.

– Заточка у тебя противная, – ляпнула девушка, имея в виду скуластое лицо парня. – И сам ты не айс.

Блестящие глаза сощурились. И агрессии в них тут же заметно добавилось. Нике показалось, что неприятный незнакомец хочет схватить ее за волосы.

– Че ты сказала? Вот крыса! Да ты знаешь, кому ты хамишь? А ну, иди сюда…

Его следующих слов девушка не слышала – подоспел Кларский, загородил ее собой (девушке сразу вспомнился милицейский участок, где Ник сел между нею и противным мужиком по фамилии Краснозубов) и немигающим взглядом уставился на скуластого парня с плохими манерами.

Ника тут же схватила Никиту за руку, и только потом, когда парень легонько сжал ее ладонь, словно успокаивая, поняла, что конкретно сглупила. Но руку не вырвала, поняла вдруг, что Кларский – ее спасение.

– Она – моя, – произнес всего лишь два слова Ник, и молодой господин с блестящими глазами отвалил от светловолосой.

Сказал только заплетающимся языком напоследок:

– Никки, друг, это че, твоя телка? Никки, в натуре, прости, я не прогнал фишку. Сегодня дурь позорная, вообще вырубает мосх. Прости, слышь? – Парень от переизбытка эмоций даже замахал худыми руками со вздувшимися венами.

– Да, вали уже.

– Все-все-все, ухожу, вот *запрещено цензурой*! Никки! Твоя девчонка – это святое! – заверил он Кларского и исчез.

Девушка облегченно вздохнула.

– Не тронул? – спросил Никита у Ники.