Сборник \

Что же до документов, так по ним перед вами сейчас Карл Готлиб фон Мекк, гауптман в отставке. Так что будем знакомы, господин Огенброк!

— Весьма польщён таким знакомством! — приподнял шляпу Костриков.

— Вы в разведке как давно? Опыт работы в Европе имеете?

— Третий год уже. Из них — два года в Австрии и Германии.

— Профиль?

— Связной.

— Это хорошо, переучивать вас не придётся. Майор пояснил, с кем дело предстоит иметь?

— Законсервированные агенты глубокого внедрения.

— Так! — Проводник огляделся по сторонам. — Давайте-ка вон в том кафе присядем. Я вам кое-что растолкую…

Подошедший пожилой официант принял заказ и, вытянувшись, прищелкнул каблуками.

— Чего это он так? — поинтересовался старший лейтенант, когда тот ушел.

— Отставной унтер-офицер. Причём кадровый. Видит, что перед ним как минимум один офицер присутствует, вот условные рефлексы и сработали.

— А с чего вы это взяли?

— Выправка — раз! Подтянут и аккуратен, хотя это вообще-то нормальная черта большинства немцев. Но у военных, особенно кадровых, она выражена лучше.

— А почему унтер-офицер?

— Здесь несколько официантов.

Но он один стоит наособицу, и все прочие на него поглядывают, словно советуются. Есть у мужика опыт и привычка командовать. Офицер в официанты не пойдёт, сейчас уже не те времена, когда они за любую работу брались, лишь бы с голоду не подохнуть. Так что остается унтер. Соответственно, когда офицера он увидел, то сам к нему и подошел.

— Надо же…

— Учитесь, господин Огенброк! Такие мелочи иной раз жизнь спасти могут! И не только вашу.

Разговор прервался, вернувшийся официант ловко расставил на столе тарелки. Открыл бутылку и налил в бокалы вина.

Поставил её на стол и почтительно выпрямился.

— Благодарю вас, унтер-офицер! — наклонил голову Проводник. — Чувствуется старая школа, такого не забыть…

— Да, герр…

— Гауптман фон Мекк.

— Яволь, герр гауптман!

— Приятно видеть, что хоть где-то ещё есть старые солдаты, хорошо знающие своё дело! Можете пока быть свободны…

— Яволь! — прищелкнул каблуками официант. Коротко и отрывисто кивнул, повернулся и отошёл к своему привычному месту.

— А зачем вам это? Вот так с ним сейчас разговаривать? Ну, подошел, обслужил… и что?

— Зато теперь он видит в моем лице командира, имеющего право отдавать приказания.

Это первое. Далее, представьте себе, что за нами следят… Да не дергайтесь так! Я же говорю — представьте. Вот войдет такой глазастый сюда, сядет за столик… Так, чтобы нас видеть. Где здесь такой, ну-ка?!

— Ну… вон там, у стойки. С другой стороны нас пальма закрывает, видно плохо будет.

— Ага! А рядом со столиком как раз наш унтер и обретается. Стало быть, заметит непонятный интерес к нам, вернее — ко мне.