Северная корона. По звездам

Ничего более. Может быть, ты переживаешь, что однажды твоя дочь найдет подходящего мужчину и выйдет за него, оставив тебя?

– Не думаю, что это для меня стало фобией, – усмехнулась Эльвира Львовна.

И женщины, переведя разговор на другую, более жизнерадостную тему, продолжили болтать. А Марта, тайком прислушавшаяся к этому разговору, вздохнула, вспомнив Сашу. Как же хорошо, что его не было на дне рождения дяди Володи. Хоть ей и хотелось увидеть Александра – скука, похожая на алмаз, так и разрезала девушке нежную персиковую кожу, но если бы он присутствовал на семейном торжестве, ей бы было ох как не по себе.

«Интересно, – с тоской подумала Марта, двумя руками взявшись за прохладный бокал с апельсиновым соком, – а Нике с ним очень хорошо?»"

"Скрипачка перевела взгляд на место кузины, еще только недавно смеющейся над шуткой отца, но не увидела ее – Ника вновь скрылась в своей комнате. Когда Марта осторожно заглянула в ее полутемную спальню, то увидела с удивлением, как плечи сидящей спиной к двери Ники едва заметно подергиваются. В руках ее сестра держала что-то, но что именно, испуганная Марта не поняла.

Она просто не хотела, чтобы Ника плакала.

– Никки, ты чего? – осторожно позвала она старшую сестру, подходя ближе мелкими шагами. Девушка вздрогнула от звуков голоса Марты, поднесла к лицу руки, утирая глаза, и медленно, нехотя обернулась. Даже в полутьме было видно, что она только что плакала – неслышно, без единого звука, но горько, и чувствительная Марта почувствовала это. Она шагнула к окну, около которого сидела Ника, и обняла ее со спины.

– Я не знаю, что тебя беспокоит, но все будет хорошо, – прошептала она без жалости, но с искренним состраданием, через пару секунд убрала руки и отвернулась, давая возможность замершей сестре вытереть глаза насухо.

Она понимала, что кузине не желает, чтобы ее слезы кто-либо видел. – Ты поссорилась с Сашей? – спросила нейтральным тоном Марта, стоя около стены, на которой было развешано несколько картин Ники – каждая красовалась в деревянной элегантной рамке.

– Нет. – Голос второй девушки звучал несколько глухо, но она старалась делать вид, что все хорошо. – С ним все хорошо.

– А тогда… тогда что тебя расстроило?

– Ничего особенного.

Просто вспомнилось плохое. Оно всегда так не вовремя вспоминается, – глубоко вздохнула Ника. – И не знаешь, куда от этого деться. Все нормально.

– Точно, Никки? – уже второй раз в шутку назвала ее таким образом Марта.

– Точно. Никки, – с печальной усмешкой сказала Ника. – Никки. Не называй меня так больше, ладно, Март? Блин! – вдруг хлопнула себя по лбу Карлова, словно кого-то вспомнив. – Март… Да что такое? Господи, как я тебя назвала?

– Ты о чем? – совершенно ничего не понимала Марта.