Северная корона. По звездам
Что может подарить любовь?Принятие. Марте – талантливой скрипачке, тяжело принять свои чувства к жениху сестры. И еще тяжелее заглушить их, чтобы никто и никогда не узнал о ее запретной любви. Поможет ли ей в этом музыка?Ожидание. Уже два года Ника ждет того, кто оставил ее, забрав сердце и взамен оставив колье, ставшее ее персональной Северной Короной – венцом Ариадны, покинутой Тесеем. Но не напрасна ли надежда Ники или она давно стала мечтой?Доверие. Прошлое Саши не дает ему поверить в то, что любимая девушка сможет принять его таким, какой он есть. Или ему нужно до конца жизни скрывать то, что он однажды совершил?Спасение. Смогут ли истинные чувства побороть желание мести, которую планирует Никита?А способна ли любовь подарить счастье?И стоит ли идти по звездам?..
– А к тебе что, опять твой парень приезжал?
Надя захихикала – новость о том, что Карлова вроде бы как нашла себе богатого парня, облетела едва ли не весь их поток, а еще одна однокурсница, рыженькая и очень симпатичная, та, которая слышала слова Саши о «теплоте и ласке», произнесенные им у витража шутки ради, добавила оживленно:
– У него что, две машины? Утром, когда тебе цветы дарил, он на черном «БМВ» был, вечером на джипарике. Шикарного мэна себе завела, Марта!
– Точно-точно, шикарного!
Светловолосая скрипачка уже хотела гневно ответить, что никакой Саша ей не парень, а просто знакомый, и что не надо придумывать лишнее, как вдруг она почувствовала на себе чей-то взгляд и повернула голову вправо. В толпе, совсем неподалеку от нее, стояла высокая и худая девушка с тонкими, даже чересчур тонкими чертами лица и короткими, как у мальчишки, волосами, открывающими аккуратные уши, у которых проколоты были не только мочки, но и верхние части ушей и козелки. Кажется, такие пирсинги называют «хеликс» и «трагус». Об этом как-то рассказывала Марте экспериментаторша Ника, которая года два или полтора назад отчего-то вдруг решила проколоть себе хрящик на одном ухе, и до сих пор его украшало золотое изящное колечко. Правда, на Нике этот прокол смотрелся элегантно, женственно, а на худой высокой девушке, которую встретила Марта, – дерзко. Молчаливая дерзость и не выставляемая напоказ смелость буквально пронизывали ее и придавали какую-то свою изюминку. А еще особенную яркость девушке придавали ее волосы – они с помощью геля были уложены в задорный творческий «ежик». Кстати, цвет их тоже был весьма примечательным – пряди некогда темно-русых волос были проколорированы в несколько цветов: черный, бордовый, фиолетовый, даже красный, и смотрелась прическа девушки экстравагантно, но по-своему красиво.
Со спины ее немудрено было принять за субтильного паренька – одета девушка была в темную футболку, обычные чуть потертые на коленках джинсы и высокие черные кеды «Конверс» с толстой белой подошвой. Через плечо висела сумка с парой значков, среди которых выделялся большой белоснежный круглый значок с изображением клавиш фортепиано.
– Привет, – негромко и хмуро поздоровалась она с Мартой, неспешно оглядев ее с ног до головы. Та с очень хмурым выражением лица нехотя кивнула в ответ.
Коротковолосую звали Юлей, училась она в консерватории на одном курсе с Мартой, но по классу фортепиано, и негласно считалась одной из талантливейших студенток. Юля постоянно бывала на всевозможных музыкальных конкурсах, занимала там первые места, и ее фото частенько висело на Доске почета на первом этаже.












