Силиконовая надежда

«Даже не сомневалась в этом, – написала Вика. – Тебя вообще мало что интересует. Особенно женщины».

– Вика, я не собираюсь с тобой спорить и ссориться, а твое мнение обо мне уже давно перестало быть для меня важным. Поэтому просто напиши, болит ли что-то, и я уйду.

«У меня зудит все лицо, ноет челюсть и, кажется, выбиты зубы. Что еще ты хочешь узнать? Что ночью я вою в голос до тех пор, пока мне наркотики не введут? Или что я пытаюсь представить, во что превратилась, и от этого вою еще громче? Уходи, я прошу тебя», – написала Вика и, бросив блокнот Матвею, отвернулась.

Он не стал больше докучать ей расспросами, сделал пометки в листе назначений и вышел на пост. Сидевшая там медсестра забрала листы, испещренные пометками, и спросила:

– Вы Канторович посмотрели?

– Да, а что?"

"– Мне кажется, ей консультация психолога нужна.

– Я так понял, что назначено на завтра.

– Да. Но она очень странно себя ведет.

– Юля, а как должна вести себя женщина, у которой практически нет лица? – вздохнул Матвей.

– Мне кажется, она преувеличивает симптомы, – настаивала девушка. – Я тут не первый день работаю, знаю, как бывает. Она требует наркотиков едва ли не каждый час – думаете, это нормально? И потом – вы видели ее ноги?

– А что не так с ногами? – удивился Мажаров.

– У нее следы от инъекций на стопах.

– Где?!

– На тыльной стороне стопы. Посмотрите внимательно.

– Ну, только этого нам еще и не хватало, – пробормотал Матвей, решительно направляясь назад, в палату Вики.

Войдя, он без лишних церемоний откинул одеяло с ее ног. Вика дернулась и попыталась сесть, но Матвей крепко сжал ее щиколотку:

– Не дергайся. Так, посмотрим… ага… Ну что, подруга, давно у тебя это? – снова накрывая ноги женщины одеялом, спросил он.

Вика молчала, закрыв глаз.

– Понятно. Значит, не скажешь? Прекрасно. Наркотиков больше не получишь, я сейчас распоряжусь, чтобы на каждую твою жалобу вызывали меня, а уж я решу, надо ли тебе что-то.

Вика схватила блокнот и лихорадочно заработала ручкой. «Ты урод, Мажаров! – прочитал Матвей. – У меня все болит, ты не имеешь права, понял?!»

– Ты не права, дорогая. Здесь врач – я, и только я и имею право решать, что лучше для пациента. И это точно не наркотики. Кстати, а этот твой Артем – он в курсе твоего пристрастия?

Она дернулась всем телом, швырнула блокнот в угол, замолотила руками по кровати.

– Ага, ясно. Скрываем, значит? Ну, тоже могу понять – я бы на его месте не обрадовался. Значит, так, Вика. – Матвей присел на край кровати, взял женщину за руку, преодолевая сопротивление. – Раз уж ты попала сюда, давай будем считать, что тебе повезло. У нас отличные врачи, я найду специалиста, и мы с этим покончим. Я знаю, что сама ты никогда не пойдешь к наркологу, не признаешься, что у тебя проблема. А я тебе помогу.