След в заброшенном доме

– Луговой, давай туда! – Он ткнул пальцем вверх по переулку, где снова кто-то мялся, не решался войти. – Не пускать никого. Здесь место преступления. Пусть граждане другие маршруты ищут. Еременко, дуй вниз, на Прибрежную и закрой там проход. Моргунов с ним, опроси людей на улице. Кто несколько минут назад выходил из переулка? Там булочная, пара лавок, чистильщик обуви сидит. Кто-нибудь обязательно что-то видел. Как выглядел, во что одет, куда пошел. Их могло быть двое. Вперед! И патруль сюда!

Подчиненные разбежались. Иван перевел дыхание, прислонился к стене.

Как же быстро сработали эти сволочи. Знали, что на базаре Островой находится под наблюдением. Использовали мальчишку, который отправил фигуранта в переулок, понимали, что в запасе у них только несколько секунд. Фартовые ребята. Повезло им, что в проулке никого не оказалось.

Через пару минут к капитану контрразведки подбежали два милиционера. Оба достали пистолеты, вид имели растерянный, но боевой.

– Отставить! – Осокин вскинул удостоверение. – ГУКР СМЕРШ. Это наш покойник, но работать с ним придется вам. У нас некому. Один пусть останется здесь, другой вызовет оперуполномоченных, судебного медика. Осмотреть место преступления, сделать заключение по трупу, и чтобы ваше начальство рапортовало нашему. Есть вопросы?

– Товарищ капитан, а вы не больно ли много хотите?.. – начал было один, но второй толкнул его локтем, дескать, не связывайся.

Военная контрразведка еще не стала силой, вызывающей страх, но вставать у нее на пути уже мало кому хотелось.

– Мы все поняли, товарищ капитан, сделаем, – уверил Осокина этот милиционер.

– И укройте его чем-нибудь.

– Чем же мы его укроем? С себя снимем?

– Да мне плевать, – проворчал Иван и припустил вниз по переулку.

Узкая дорожка выходила на Прибрежную улицу. По ней ходил автотранспорт, здесь работали магазины. Хвоста на улице перед булочной сегодня не было, вся очередь поместилась внутри.

Лейтенант Еременко разбирался с какими-то мужиками, совал им под нос служебное удостоверение. Те что-то сказали ему и пошли прочь, пожимая плечами.

Моргунов опрашивал паренька с сапожной щеткой. Тот делал озадаченное лицо, что-то бурчал.

Неподалеку функционировала открытая чайная. Два сержанта жевали там пирожки и запивали их какой-то буроватой жидкостью, совершенно не похожей на чай. В шаге от этого заведения стоял газетный киоск, в нем зевала снулая особа с продолговатым лицом.

– Не понимаю, товарищ капитан. – К командиру подошел Моргунов. – Я сразу сюда прибежал, порхаю тут, как пчелка. Сколько времени прошло? Минут шесть-семь, не больше. Все как один твердят, что из переулка никто не выходил. То есть вообще, представляете?

– Это как?

– А вот как хотите, так и понимайте. Эти сержанты уже жевали, когда я подбежал.