Скандал

Останавливались лишь однажды, почти на рассвете, чтобы пару часов поспать самим и дать отдых лошадям.

Путешествие измотало Томаса, но он этого не замечал. Он был глубоко счастлив, что его принимают в расчет, что он нужен.

Слегка прихваченные утренним морозцем, въехали они в Упсалу, и несмотря на несусветную рань, сразу отправились на поиски больницы.

Эта больница была много меньше, чем госпиталь Св.Серафима. Путешественникам показалось, что здесь просто негде разместиться такому огромному количеству больных.

В вестибюле им удалось поговорить с врачом, очень суетливым. Казалось, что все его пациенты именно в эту минуту приготовились умирать и посторонние отвлекали его от жизненно важных дел.

– Доктор Берг? Берг? Нет у нас никакого Берга.

– Скверно, что этот доктор Берг постоянно петляет, как заяц, – пробормотала Тула. – Придется ехать дальше?

– Ладно, – сказал полицмейстер доктору. – Но он по крайней мере был здесь.

– Не уверен, – строго процедил доктор. – Не могу припомнить этого имени.

Полицмейстер настаивал. – Два года назад. Он вступил в должность 20 августа 1834 года, уволившись из госпиталя Св.Серафима.

Тут вмешался Томас:

– Доктор Берг чуть моложе меня. Светловолосый, худощавого телосложения. Держится холодно. Врач заколебался.

– Описание подходит к… Неужели у меня такая дырявая память? Минуточку, я посмотрю!

Он исчез. Пока они стояли на сквозняке в вестибюле, Тула бормотала:

– Мы должны найти доктора Берга. Должны! В нем кроется ключ ко всей загадке. Он единственный, кто знает, что сталось с Магдаленой. Умерла ли она, и если да, то как. И думаю, что не ошибусь, сказав, что он приложил руку и к внезапной смерти консула Юлиуса Бакмана.

Томас перевел взгляд с портретов достопочтенных основателей больницы на ее печальные стены и сказал:

– Консул был человеком, который слишком много знал. Однако не думаю, что доктор Берг единственный, кто знает правду о Магдалене.

– Нет, – подтвердил полицмейстер. – Чета Бакманов тоже замешана. Поскольку они удирали, сломя голову, и нашли замену исчезнувшей девочке.

– Да, чтобы поживиться богатством старого Молина, – сказал Томас.

– Не понимаю, здесь должно быть что-то еще. Ну ладно фру Бакман – кузина доктора Берга. Она всего лишь мачеха Магдалены и не питает к девочке теплых чувств. Но Бакман? Отец Магдалены? Как он мог поступить так бесчувственно?

– Он никогда не заботился о Магдалене, – изрекла Тула."

"– Ну нет, сердце не камень, – вставил Томас. – Все говорит за то, что девочка умерла.

– Да, это мы все давно поняли, – признал полицмейстер. – Но это не мешает нам прояснить… Тс, врач идет! Доктор нес в руке папку с развевающимися бумагами.

– Да, все совпадает, 20 августа 1834 года к нам поступил новый врач, он довольно быстро уволился.