Спецы: лучшая проза о борьбе с наркомафией

Чего хотели?

– Поговорить можно?

– Пожалуйста, – седой набрал номер и протянул мне трубку.

– Слушаю.

– Здравствуйте, Татьяна. Это Сергей, мы у вас кино снимали.

– Да-да, помню.

– Мы к вам по тому же вопросу. Не возражаете?

– Да, пожалуйста. Передайте трубочку.

Передал. Седой выслушал, важно кивнул:

– Ваши фамилии?

– Во как! Теперь так, да?

– Да, теперь строго.

– Пугачев и Болотников.

– Хорошо, – седой опять важно кивнул (без намека на усмешку), записал в журнал фамилии. – Документы какие-нибудь есть?

– Нету. Зачем нам документы? Мы дома.

– Ну… – седой секунду посомневался и махнул рукой.

 – Проходите. Все равно вас знают…

Через пару минут мы уже по-хозяйски обустраивались для стационарной съемки на двух широченных подоконниках планового отдела, располагавшегося на третьем этаже. Татьяна, загорелая веселая пышка чуть за тридцать, заваривала чай, распаковывала конфеты и щебетала о последних новостях отдела. Новости были очевидны: все, кроме нее, в отпуске. Она только что вышла. Ездила в Крым с подругой – дикарями. Точнее, дикарками. Там все классно, только хохлы что-то уж совсем жадные стали… да, что-то татары там опять бучу затевают… а у них в учреждении новый начальник охраны… на море так здорово…

Вид отсюда – лучше не придумаешь.

У нас в секторах – полрынка: весь грузовой двор, платная парковка с этой стороны, ворота с прилегающими окрестностями и вроде бы пешеходная стометровая аллея, по обеим сторонам которой расположились сотни полторы разнообразных машин. Это паркуются «свои люди», которые здесь «делают вещи» и парковками не пользуются в принципе, а также недисциплинированные сотрудники располагающихся рядом с рынком учреждений.

Это замечательное местечко мы обнаружили в конце мая сего года, когда начали исследовать Анвара как образчик типичного представителя столичного наркорынка."

"Анвар старается проявлять изворотливость во всех аспектах своей деятельности. В частности, было замечено, что с разными людьми он встречается в разных местах. С некоторыми – прямо вот на этой аллее, с другими – на грузовом дворе. Позже удалось выяснить, что там он обычно раздает дилерам наркотики. Однако вначале мы не знали, чем он там занимается, а снимать и слушать на территории грузового двора не получалось: мешал забор.

Посторонних туда не пускали – там не просто равнодушная охрана, а свои люди, из диаспоры, кровно заинтересованные, чтобы чужие здесь не шастали.

В общем, ходили мы здесь кругами и любовались на близлежащие дома. Уже была готова многоходовая хитрая комбинация конспиративного освоения одного из чердаков, оставалось лишь подобрать место получше.

Так, я сказал «мы ходили»? Ну, «мы» – привычное отождествление с командой, а в тот раз ходили конкретно Ростовский и Вася.