Спецы: лучшая проза о борьбе с наркомафией

А в Черном Яре мы вроде как побочно резвимся, не более того.

Костя с Васей вполне заслуженно спали до десяти утра. Шеф убыл в половине девятого, а в девять, шатаясь от усталости и подволакивая левую ногу, прибыл Ростовский.

Под глазами у нашего бабоукладчика залегла сочная синь.

– Не, я все понимаю, но… И чего это она с тобой делала? – удивился многоопытный Петрушин.

– Крепко и беззаветно любила, – пробормотал Ростовский, доставая из холодильника бутылку «Туборга» и даже не пробуя улыбнуться.

– Сурово… – В тоне Петрушина явственно обозначилось глубокое сочувствие.

 – Выглядишь так, будто всю ночь вагон с сахарным песком разгружал.

– А я разгружал по молодости. – Ростовский тремя жадными глотками осушил бутылку и рухнул на кровать. – И должен заметить, коллеги… уффф… если сравнивать – все-таки труд грузчика попроще…

Мы с Петрушиным коротко посовещались, пришли к выводу, что в таком состоянии наш первый опер вряд ли сможет принести пользу Родине, и поехали работать одни. То есть одним экипажем в два лица. На спящее трио бандуристов в ближайшие полдня можно было не рассчитывать.

Собакин, как водится, первым делом поехал в клинику.

Мы стали привыкать к такому положению дел: тот факт, что данное лечебное учреждение служит стартовой позицией в распорядке дня главного местного «дуремара», уже ни у кого не вызывал удивления. Теперь надо думать, как бы половчее взять это интересное учреждение под тотальный аудио-, видеоконтроль и разобраться, что там происходит…

Стояли скучно и долго. Пассивное наблюдение почти всегда вгоняет Петрушина в состояние черной меланхолии. Он как будто в спячку впадает: односложно отвечает, может часами неподвижно сидеть с полузакрытыми глазами и молчать, тупо глядя перед собой.

То есть как объект для общения – ноль или вообще даже минус. Такой здоровенный хмурый минус.

Петрушин хорош, когда нужно действовать в состоянии драйва. Догнать и пленить, догнать и убить, не догонять вовсе, но пленить, допросить, а потом убить… и куча подобных вариантов в рамках «охотничьей» тематики. Вот тогда он весел, остроумен и приятно возбужден – общаться с ним в такие моменты интересно (если только ты с ним в одной команде, а не по другую сторону).

Однако сейчас пока что догонять никого не надо.

В этом сонном городишке, похоже, даже подраться не с кем, не то что «догнать и пленить»…

Через час с небольшим позвонил Ростовский и чугунным голосом сообщил: любушка только что его уведомила – сегодня после обеда она приглашена покататься на катере.

– Ага! Сгоняй к ней, возьми сумочку: я сейчас подъеду.

– Ой… Ну, блиц твой тур!..

По тону было понятно, что более всего в данный момент Валере хочется послать всех в места далекие и неприглядные и опять завалиться спать.