Спецы: лучшая проза о борьбе с наркомафией
Команда полковника Иванова называется «Экспертно-аналитическое бюро». Но ее стихия – война. Безжалостная, бескомпромиссная, кровавая война с наркомафией. Особенность этой войны еще в том, что на «мероприятия» бойцы Команды отправляются, как правило, без оружия. Впрочем, это не мешает им побеждать. И все бы шло своим чередом, но тут в борьбу с наркомафией вмешивается какая-то третья сила. Цели у нее вроде бы те же, что и у Команды, но вот методы «работы» просто шокируют. Полыхают коттеджи наркобаронов, на подступах к городу безжалостно уничтожаются наркокурьеры, стучат пулеметные очереди – это без суда и следствия расстреливают торговцев «дурью». Но самое любопытное, что в самом городе идет легальная торговля легкими наркотиками. Команда полковника Иванова пытается раскрыть двуличных «мстителей» и приступает к своей самой рискованной и самой жесткой операции…Состав сборника:Жесткая рекогносцировкаТактика выжженной землиТриумфатор
Еще контроль…
Ребята наверняка бывалые и опытные – всем за тридцать, но… самое большее, что они успели, – это достать оружие.
– Минус три. Погнали…
Прыгнули в машину, проскочили к точке встречи.
Работы для нас здесь уже не было.
«Мазда» протекала кровью и бензином – кто-то из наших славных снайперов, то ли из вредности, то ли ненароком, пробил бак. Признаков жизни в салоне и рядом (двое успели выскочить) мы не наблюдали – обошлось без контроля.
– Минус три. Итого – минус шесть.
Иванов лежал на бежевом товарище, припечатав его к асфальту, от позиций к дороге бежали снайперы.
Метрах в двадцати от точки встречи, на обочине, растопырилась криво въехавшая в кювет «99-я» с распахнутыми дверьми. Водила и пассажирка – молодые люди едва за двадцать, вереща от страха и высоко вскидывая ноги, удирали в парк. Видимо, перспектива стать случайными свидетелями неожиданного происшествия им совсем не улыбалась.
– Оцепление. Звонок Валере, – распорядился Петрушин, перевешивая оружие за спину и доставая боевой нож. – Петрович?
– Норма. Ребята, вы… вы просто волшебники.
– Угу. Вася?
– Норма, – доложил слегка запыхавшийся Вася, пряча винтовку в салон и вынимая из багажника «вал». – Инфо?
– Угу, – Петрушин подошел к пленному и кивнул Васе: – Допрос, режим «Б».
– Отъедем или здесь? – деловито уточнил Вася, в свою очередь вытаскивая нож.
– Здесь. Времени в обрез. Потом – прибраться же надо.
– Хорошо.
Мы с Костей встали по обеим сторонам от места происшествия, в готовности остановить любой транспорт, я тут же позвонил Ростовскому, который нетерпеливо ждал команды у Ярославского шоссе, и сказал, чтобы он пулей летел сюда.
Петрушин с Васей оттащили пленного на обочину, подальше от дырявой «Мазды», уложили на спину и, молниеносным движением разрезав ремень, стащили штаны.
Пленный, как любой нормальный мужик, принял такое обращение близко к сердцу и рванулся всем своим коренастым организмом, желая смести и уничтожить гнусных негодяев. Негодяи одели его на колено, с разбегу совместили лицо с гравием – для верности повторили процедуру трижды и вернули в исходное положение.
Петрушин приставил к глазу поверженного острие ножа и слегка надавил. Вася – да простят меня дамы за вульгарность – натянул мошонку пленного на лезвие своего ножа и поддел. Но не слегка – кровь брызнула.
Пленный завыл дурным голосом и дернулся. Петрушин прижал его коленом, глубже вдавил нож в глаз и посоветовал:
– Дернись еще разок – останешься без глаза.
– И без яиц, – кровожадно добавил Вася.
– Мужики! – сипло крикнул пленный, сплевывая кровавое крошево из камня и зубов. – Мужики!!! Ну вы хоть спросите, что надо, – что ж вы сразу…
– Спросим, – пообещал Петрушин. – Петрович, можно.
