Сводные

Чтобы не в одиночку.

Просто целую его в мокрые губы, оставив всякую надежду сейчас выразить благодарность словами. После. Я обязательно расскажу ему, как хорошо мне было с ним, а пока единственное, что я могу сделать — это тоже раздеть его. Прижаться к его обнаженной коже своей. Оставить скользящие поцелуи на шее, плечах. Груди.

Обхватить бедрами его талию. Теперь. Я знаю, что ты будешь нежен. Ничего не говори.

Но Кай ничего и не говорит. Слова стали бессмысленны. Я читаю его, как открытую книгу, и стальные глаза умоляют потерпеть, расслабиться, позволить…

Я сжимаю его чересчур сильно, напрягаюсь, снова тянусь куда-то, но он снова укладывает меня тяжелой ладонью на кровать.

Меня придется привязывать к кровати ремнями, если я не расслаблюсь.

Мое тело рвется к небу, ввысь, причем буквально, и ничего не могу с этим поделать.

Он опускается сверху, вдавливая меня в кровать таким по-мужски тяжелым телом. Срабатывает лучше ладони. Я обвиваю его, как лиана, но ему приходится немного отстраниться. Он глядит мне в глаза, действуя на ощупь. Но я слишком жду этого момента. Боли. Чего-то, чем всех пугают. Рек крови, может быть.

Не знаю.

Кай стискивает зубы и легко качает головой, а потом упирается локтями по обе стороны от моей головы и целует. Я закрываю глаза. Его поцелуй просит довериться. Все-таки расслабиться. Не ждать каждую секунду, что вот-вот…

Он просто целует меня и ничего не происходит. И я расслабляюсь. Отвечаю движениям его языка, ловлю губы, промазываю и целую щеку, уголок рта. И в этот миг он делает неуловимое движение бедрами…

Я охаю.

И выгибаюсь. Опять. Несмотря на тяжесть его тела.

Он ударяет бедрами снова.

Сильнее.

Я вскрикиваю и жмурюсь.

Он что-то шепчет на ухо, поглаживая одной рукой мои волосы.

Но я не понимаю слов.

Я не могу расслабиться, потому что это не совсем то, о чем просило мое тело. Жгучая, ноющая, тянущая боль растекается внизу живота, из-за которой меня парализует, движения становятся скованными. Бедра дрожат. Сердце захлебывается, сбиваясь с ритма.

Оставляю глубокие царапины на спине Кая, когда он все-таки начинает двигаться.

Проблески удовольствия меркнут, я стискиваю зубы. Кай целует меня в щеку, продолжая что-то шептать.  Не останавливаясь. Наверное, это правильно, потому что это единственный раз, когда я ему разрешила сделать это.

Нет, нет, верните все, что было до этого. Тогда мне нравилось больше!"

"Кай двигается быстрее, вздрагивает и хочет отстраниться, но меня прошивает такой острой второй волной боли, когда он пытается покинуть меня, что я впиваюсь до кровавых царапин в его плечи. Останавливаю его. Торможу. Хочу, чтобы он замер, и я могла прийти в себя.

Кай сдавленно стонет, а спина под моими руками каменеет. Он едва не падает на меня, вовремя опираясь на локти. Руки дрожат.